— Шофером, конечно, я буду временно, — как бы извиняясь за столь несолидную должность, сказал Сергей. — Немного присмотрюсь и попрошусь в полк к отцу разведчиком или в лыжный батальон.
У Харьяс сжалось сердце: нет, нет, только не на передовую. Но как объяснить это сыну, рвущемуся в бой?
Она сочла самым благоразумным пока поговорить о чем-нибудь другом:
— Ты что же, будешь подвозить боеприпасы?
Сережа объяснил: он назначен шофером легковой машины «пикап».
— А тебе приходилось ездить на такой машине? — обеспокоенно спросила Харьяс, не переставая потчевать сына.
— Ну, конечно, — бодро отвечал Сережа. — Я на «эмке» всю Москву исколесил и ни разу не проштрафился.
— Ты говоришь на «эмке», а это же «пикап»?
— «Пикап» — та же «эмка», только кузов другой, — с улыбкой объяснил Сережа. — Мама, как бы мне побыстрее повидать отца? Он здесь бывает?
— Пока стоял в резерве, нередко забегал. Но вот уже несколько дней, как его полк вступил в бой. Теперь не знаю, когда увидимся и увидимся ли… — печально ответила женщина.
— Как бы известить его, что я тоже в дивизии. Нельзя ли по телефону с ним связаться? — не унимался Сережа. Харьяс пообещала отправить записку с санитаром, прикрепленным к полку Кирилла.
— Ну, а как поживает твой друг? — все еще пытаясь отвлечь сына, поинтересовалась Харьяс.
— Слава Христов? — понял Сережа. — Он — молодец-парень: отказался эвакуироваться из Москвы с университетом, добровольцем записался в истребительный батальон. На днях его отозвали в авиационный полк. Обещал первый фашистский самолет сбить за Тамару.
Свидание с сыном было прервано: за Харьяс прибежала санитарка с требованием на медикаменты.
— Я поговорю с Иваном Филипповичем, может, разрешит оставить тебя со мной, в этом доме. У нас есть запасная раскладушка…
— Ни в коем случае! — решительно возразил Сережа. — Я буду жить там, где другие водители. Ты, мама, кажется, забываешь, где мы находимся. — И чтобы смягчить свой ответ, нежно поцеловал ее.
Проводив мать до медсанбата, Сергей вернулся в расположение автороты. Да, его желание исполнилось, он вступил на опаленную огнем землю. Это чувствовалось во всем и повсюду. Не то что в истребительном батальоне на окраине Москвы. Там хоть и обучали их борьбе с вражескими танками, тактике уличного боя, но как-то не верилось, что все это всерьез. Война, пока ее не увидел собственными глазами, не почувствовал на себе, кажется чем-то вроде театрализованного представления.
Но иллюзий оставалось все меньше.
В гараж автороты — бывший сарай — вошел старшина Асташкин. У него доброе, юное, совсем мальчишеское лицо с серыми задумчивыми глазами…
— Чигитов, на выход! — вполголоса сказал он и вышел.
Сергей торопливо захлопнул капот «пикапа», вытер руки ветошью и побежал вслед за старшиной.
— Как машина? На ходу? — спросил Асташкин.
— Так точно, товарищ старшина, — ответил Чигитов, лихо козырнув. — Течь в радиаторе я заделал цементом!
— Ну и как? Неужели не течет?
— Так точно, не течет, сделано, можно сказать, намертво!
В улыбчивом прищуре теплых глаз старшины Сергей уловил сдержанное дружеское одобрение:
— До войны шофером работали?
Чигитов коротко рассказал о своей довоенной профессии.
— Значит, вы железнодорожник, и автомашины никогда прежде не водили? — удивился Асташкин.
— Шофером до войны не работал, — подтвердил Чигитов.
— А водительские права когда получили?
— В студенческие годы в кружке автодора занимался, — рассказывал Сергей, незаметно для себя переходя на дружеский неофициальный тон. — А шофером меня сделали в истребительном батальоне из-за одной циркачки.
— Интересно. Это как же?
Старшина и солдат отошли в сторонку, закурили. Чигитов охотно рассказал:
— В начале войны я работал механиком автоблокировки, на фронт меня не брали. Неловко как-то я чувствовал себя в тылу. Добровольно записался в истребительный батальон. Среди добровольцев были и артисты цирка. Комбат назначил шофером «эмки» одну девушку. Она была мастером мотогонок по отвесной стене. Видели такие? У нас в Москве, в парке культуры имени Горького, показывали аттракцион. Называется бесстрашный рейс. Не видели? Жаль! Ну, молодцы ребята! На автомобилях и мотоциклах так гоняют по стенам! Вот артистка и решила продемонстрировать свою удаль. Повезла комбата в наркомат — мы тогда стояли под Москвой — и такие цирковые номера показала, что видавший виды комбат чуть инфаркт не получил. Ну, он ее и ссадил с машины. Направил в снайперскую школу. А меня временно назначил шофером. Пока я ждал замену — наловчился водить машину. И вот меня направили к вам, в автороту. Товарищ старшина, ну, как бы это сказать… по натуре, по призванию я не шофер. И не для такого плевого дела добровольцем рвался на фронт. Очень прошу вас, помогите сдать машину. Не успокоюсь, пока не попаду на передовую…