— А про капитана что сказать?
— Скажи, что он ушел узнавать местонахождение штаба армии.
— Куда ушел? К немцам?
— Фу, чудак-человек! Ушел и все тут! Тебе-то какое дело? А тебя оставил на дороге. Тут-то мы тебя и заграбастали, под угрозой оружия заставили везти раненых, — поучал Сергея бывалый солдат.
В эвакогоспиталь добрались благополучно — все раненые перенесли трудную дорогу и были переданы в заботливые руки квалифицированных медицинских работников.
Сопровождавший сдержал слово: вынес шоферу путевой лист с пометкой о доставке раненых в полевой госпиталь. Запись была заверена жирной печатью.
— Штаб армии находится на другом конце деревни, — сообщил он Чигитову. — Как переедешь пост, упрешься в шлагбаум. Там и спросишь, кого надо.
Сергей поблагодарил солдата, на прощание протянул руку. Тот спохватился:
— Постой, ты ведь, наверное, голодный. Пойдем на кухню. Подзаправишься — на душе станет веселей.
5
В штабе армии капитана Мурзайкина не было. Чигитов рассказал о ночном происшествии и спросил, что теперь ему делать.
— Да, отличился! По дороге потерять командира! — выговорил Сергею строгий майор. — Не часто, не часто такое случается! Настоящие бойцы своего командира берегут как зеницу ока! Грудью защищают, с поля боя на руках выносят! А вы бросили командира немцам, а сами удрали, испугались окрика противника! Пойдете под суд, как трус. Машину сдайте своей автороте, а сами явитесь к следователю. Вот вам предписание.
Ничего иного Чигитов не ожидал. Напрасно старался солдат-проводник, давал советы, ставил печать. Не все так делается, как хочется. Хорошо еще, что ему разрешили отвезти в свою автороту «пикап». У него будет возможность увидеться с матерью, рассказать ей о случившемся.
Теперь, днем, Чигитов легко сориентировался и быстро добрался до своей автороты.
Старшина Асташкин был на продскладе, получал продукты, когда его разыскал Сергей. Он молча выслушал донесение о ЧП и прочитал предписание, переданное из штарма.
— Машина в каком состоянии? — спросил.
— Машина на ходу, но бензин на исходе, — ответил Чигитов, — и масло ниже уровня.
— «Пикап» сдайте шоферу полуторки Каткову и идите пилить дрова. О пропаже капитана я доложу политруку.
Настроение у Чигитова становилось все мрачней. У него даже пропало желание сбегать в медсанбат, рассказать о случившемся матери и Уге Атласовне: стоит ли торопиться всех волновать!
Весть о чрезвычайном событии быстро облетела деревню. Мурзайкина, услышав о пропаже мужа, тотчас прибежала к дровяному складу, где трудился проштрафившийся шофер. По всему было видно, что она еще не вполне доверяет разговорам, и вот сейчас Сережа подтвердит ее сомнения. Но Чигитову, к сожалению, нечем было ее утешить. Не произнеся ни слова упрека или обиды, Уга Атласовна ушла. Сергей содрогнулся, как изменилась за несколько минут эта хорошенькая женщина: померк румянец на щеках, синие глаза больше не излучали ни блеска, ни тепла, они смотрели тускло и устало. Он даже не посмел попросить Угу Атласовну передать о случившемся его матери.
Через несколько минут Чигитова вызвали к политруку роты Иштулову. Сергей помнил Архипа Прокопьевича еще по Вутлану. Их семьи были дружны, не раз делили праздничное застолье. Другой обрадовался бы — свой человек. Сергея же именно это тяготило: чего доброго, Иштулов подумает, что он рассчитывает на его дружеское снисхождение, заступничество. Политрук был искренне встревожен. Это Сергей тотчас понял по его виду.
— Проходите, Чигитов, садитесь, — пригласил Архип Прокопьевич, однако стараясь не встречаться взглядом с Сергеем. Именно это и успокоило шофера. — Что за ЧП произошло?
Сергей рассказал о ночном происшествии.
— Как вы думаете, капитан не лежит где-нибудь в кювете, истекая кровью? — спросил Иштулов.
— Этого я не знаю. Возможно, он ранен, возможно, попал в плен… А может, живой и невредимый, пешком добирается до своих.
— Можете показать место, где капитан выбросился из машины?
— На карте могу, а на местности… не безопасно. Там немцы, — ответил Сергей.
Иштулов развернул на столе топографическую карту. Чигитов провел пальцем по своему ночному маршруту: роща, шоссе, первый, второй, третий перекрестки…
— Где-то здесь, у самой деревни, в которой был размещен штаб армии. Разве ж мы знали, что он передислоцировался!
— С вами хочет поговорить следователь военной прокуратуры, — сказал Иштулов и вышел из комнаты.
Только теперь Сергей обратил внимание на молодого худощавого человека, сидевшего в сторонке.