Мне вход в библиотеку показала мама, еще в детстве, она же помогла выучить правильную комбинацию, а вот откуда об этом чуде враждебной механики (никакого волшебства и силы мысли, просто ферсидкий плотник, который когда-то помогал строить городской особняк Оделлов) узнал Джеймс я так и не поинтересовалась.
Мне нравилась эта липка недосказанность меж нами. Некая общность.
Дядя тоже что-то искал в этих фолиантах, и быть может поделись он со мной своей тайной, я бы поделилась своей. Но Джеймс уважал мои тайны, и я уважала его секреты не меньше.
- Ты действительно рассчитываешь на то, что я выложу тебе все свои секреты за раз? А как же продлить удовольствие? — осмелела я.
Индульгенция могла бы помочь Вив.
Провидиц зачастую лишают возможности быть кем-то кроме предсказательниц. Им не нужно работать, выходить замуж и рожать детей, они живут на полном довольстве у Империи, глобально пророча для Правителя. Все их существование подчиненно единственной цели — пророчить.
Да вот только жизнь их скучна и однообразна, и не получая эмоций извне, они изводят себя, сходя с ума от видений, что настигают их и днем и ночью.
Не такой судьбы я хотела любимой сестре.
Я читала дневник одной такой несчастной девушки, что служила Империи пророча возможное будущее, для того, чтобы его могли изменить. На двадцать шестом дне рождении записи прерываются, а до того испещрены невнятными символами и описаниями галлюцинаций и бреда, что видела бедняга наяву.
К моему удивлению маркиз понял, что индульгенция нужна мне для сестры.
Казалось, он доволен руслом, в которое свернула наша беседа:
- А как же ты, Аврора? По сравнению с силой твоей сестры, которая как и сила Охотников скорее нейтральна, твоя в темном спектре. Симпаты всегда пользовались своими способностями и никогда не служили Империи добровольно.
Меня пощечиной хлестнул научный термин.
Симпатами — раньше называли крошечных паразитов, навроде безобидных, а иногда и полезных в медицине пиявок, но эти твари не только пили кровь, но и влияли на состояние рецепиента, который получал крошечные толики яда со слюной. Влияние сводилось к тому, что под действием насекомого человек буквально ложился умирать, ну или топился в том болотце, откуда выполз симпат.
Не знаю кому несколько веков назад пришла сравнить Темных с ментальным даром с паразитом, но название прижилось, а затем и вовсе получило научное обоснование.
- Тогда я могу тебя поздравить, вот она я. Симпат, — я поморщилась, — согласный на сотрудничество с Инквизицией в обмен на пожизненный отвод для сестры.
- По рукам.
Маркиз протянул мне ладонь и я вложила в нее свою. Он переплел наши пальцы и с сожалением предупредил:
- Будет больно.
И мне было.
Не помню доводилось ли мне когда-то испытывать столь сильную и всепоглощающую агонию. Она едва ли длилась пару секунд, но мне казалось что упомянутые в начале нашего с маркизом рандеву, черти жарили бы меня в аду куда как с меньшим рвением.
Я перевернула ладонь — с тыльной стороны на два пальца ниже сгиба потухал крошечный знак Охотника. Серый, бесформенный шрам, остался на месте ожога спустя минуту.
- Добро пожаловать в Санктуум, Аврора.
- Спасибо, Ваша Милость, решила я оставить за собой последнее слово, если в ближайшую минуту я не появлюсь пред светлые очи Джеймса — он выломает дверь.
- Откуда ты… — Слава Треединому мне не пришлось объяснять откуда.
И спустя пару минут, дядя застал меня в гордом одиночестве. Ну а то, что на столе стояло два пустых бокала, он предпочел не заметить.
*Охотничья порода собак.
С Вас лайки и комментарии))) Вам не сложно, а мне приятно...
Глава 14.
Празднование по случаю помолвки пролетело словно один миг.
Вот я застегиваю фамильные рубины на шее сестры, а вот с мнимым умилением слушаю пышный тост от Джеймса, который велеречив и напыщен, словно проталкивает очередной важный законопроект в Палате Лордов.
Я знаю наверняка, что подобная чванливость дяде не свойственна, но увы, общество ждет от герцога подобных надутых брызг высокомерия, и он не разочаровывает.
Забывшись, я на пару мгновений приподнимаю щиты, и в меня, словно селевой поток врезаются десятки, сцепленных в клубок, эмоций. Разобраться со всем их разнообразием было столь сложно, что первые мгновения, я, до хруста сцепив зубы, считала до ста, как в детстве, когда только училась пользоваться силой и трейнер снимал блокирующий силу рениловый браслет.