- Терпенье отличное оружие, Ваше Сиятельство, жаль не огнестрельное.
Шутка была хороша и маркиз рассмеялся, вновь привлекая внимание к нашей паре.
- По большому счету для тебя ничего не изменится, Аврора. Ты так же будешь вести светский образ жизни, быть может чуть больше принимать приглашений, посещать суаре и балы.
Да что ты знаешь о моем времяпровождении? — подумалось мне. После столь высокомерного пренебрежения я с трудом удержалась, чтобы не наступить маркизу на ногу.
- Начнем сразу после возвращения, — продолжил Финн, не заметив изменений в моем настроении.
- Сначала, Ваше Сиятельство, я со всем тщанием изучу, затем подпишу подписанную главой Инквизиции индульгенцию, и лишь после, я выслушаю ваши предложения, как и где и с кем именно я должна проводить свои дни.
- Аврора-Аврора, мне нужно время...
- У тебя его нет Гэбриэль, - перебила я маркиза. - Мы не так далеко отплыли от берега на котором договаривались, и уж коли тебе нужна моя помощь больше, чем мне твое молчание, тебе придется постараться получше.
Музыка смолкла.
Я развернулась, и не оглядываясь покинула залу.
На редакции...
Дорогие читатели, пишу медленней, чем мне хотелось бы, потому как очень много работы. Но я стараюсь и надеюсь не разочаровываю. Жду от Вас комментарии и лайки, мне приятна обратная связь.
Глава 15.
Белесый туман молочным плащом укрыл Линдбург.
Я пришпорила кобылку и счастливо засмеялась. Солнечные лучи словно неохотно пробивались меж вековых деревьев, их корявые ветви цеплялись за растворяющиеся под робким светом клубЫ, не желая отпускать тусклый сумрак.
Я неслась по заброшенной, почти дикой части парка, поддавая кобыле шекелей. Тяжелые косы хлестали по плечам, а влажный ветер целовал мои щеки.
В столь ранний час здесь можно было встретить скорее припозднившихся дуэлянтов, нежели прогуливающихся леди, и все же именно здесь Крис назначила мне встречу, на которую я почти опоздала.
После возвращения из поместья Эштонов, я нашла адресованные мне письма с кучей восклицательных знаков, и сразу же написала ответ Кристине.
Из коротких, едва ли в пару строк посланий я поняла лишь то, что случилось нечто крайне серьезное, и тревожно-мнительное состояние навалившееся на меня могильной плитой, после их прочтения, не дало мне нормально выспаться. Всю ночь я выныривала из сна, то преследуемая кем-то, то теряя нечто важное, то вообще орошая слезами, ставшую неудобно-каменной, подушку.
Увидев хрупкую, прислонившуюся к вековому буку, фигурку, я спешилась и подошла к подруге, распахнув объятья.
Сизое облако горя было пронизано яркими нитями надежды и веры. Прижав к себе Крис, я дождалась, когда рыдания перешли в редкие всхлипывания, и она наконец, заговорила:
- Он пропал, Рори, — промокнув слезы, проговорила, осипшим после рыданий голосом, Крис.
Мне не нужно было уточнять про кого именно говорит подруга. Единственной родной душой для девушки был единокровный братишка, которому Кристина заменила родителей.
- Когда это произошло, милая? — собралась я. Она была не из тех кисейных барышень, что устраивают истерики по поводу сломанного ногтя. Я вообще с трудом могла себе представить, что когда либо увижу ее со слезами на глазах, в любой ситуации ей были свойственны лишь оптимизм и жизнелюбие.
- Почти неделя… — вновь всхлипнула она.
- Ять... — не удержалась я. — А что говорят другие?
- Все как обычно, — тряхнула головой Крис, собираясь в кучу, — никто не видел куда он делся, но уроки он не пропустил, даже сходил на естествознание. — Я улыбнулась, вспоминая, как сильно Кори «любил» физику и химию.— Последним его видел Милош, ты же знаешь, они дружат. А потом...
- Мы найдем его, Кристина, обещаю. — Я не говорила подруге, что Кори и еще несколько воспитанников Святой Лукре носят особенные знаки принадлежности к школе.
Не говорила, потому что в посеребренную длань по моему заказу была добавлена капля ренила. Не говорила потому, что никто кроме меня и Джеймса не знал, что мальчики пусть слабосилки, но темные.
- Мне так страшно, Аврора, так страшно. - Она закрыла ладонями лицо, шепча молитвы Треединому. Я сжала узкую ладонь и щедро влила силы, что дарила уверенность и спокойствие. — Ни один мальчик не пропадал так надолго, три дня. Помнишь Дэвида?
- Да, последний из пропавших, — его нашли на третий день. Мальчишка бездумно бродил по улицам, не помня, что с ним произошло за последнюю неделю и как он оказался в Крысином тупике. По кулону в нем признали воспитанника Интерната Святой Лукре и после нескольких дней скитаний мальчик оказался в школе, но его сила до похищения едва теплилась... А вот единокровный брат Кристины был сильнее всех учеников. Вместе взятых. — Так вот он начал вспоминать...рассказывал о темноте и боли, о горечи во рту и песнопениях…