Я вытаращила глаза, натурально изумляясь говорливости некоторых.
— Во ты разошёлся! Перевозбудился, что ли? Тарахтишь, как хухлик в брачный период.
— Э-э-э, — пристыженно пропел жабёнок, сам от нетерпения елозя на пятой точке. — Не совестно? Я тут пытаюсь её подбодрить…
— Жалик, пожалуйста. Давай по существу.
— Ладно, — тяжело вздохнул фамильяр, переходя на более деловой тон. — Всё получилось. Пробудившиеся фамильяры признали избранных тобой. Теперь Коллинз Рифтон, Оби Рейн, Дигор Карлес и Айза Мансим стали счастливыми обладателями великих даров Сорура. Кстати! Если с тремя первыми понятно — они старшие среди своих, то почему четвёртой ты выбрала оборотницу?
— Айза — звереуст. Она может стать очень хорошей соратницей в будущем.
— И то верно, — с уважением глянул на меня Жалик, важно покивав.
Меня беспокоил ещё один вопрос.
— А что с Громом? Он хоть есть вообще в лабиринте?
Жалик улыбнулся. Его мордочка была преисполнена гордости.
— Конечно. Он всё время пролежал у твоих ног, пока Сантия дёргала из земли один за другим клинки Сорура. Собственно, тот меч, который Криз кинула в тебя, застыл в тридцати сантиметрах только потому, что Гром активировался, приказывая ему сменить траекторию удара… ему и десятку других фамильяров. — Жалик заметил моё лицо. Фыркнул, а потом рассмеялся. — А ты что? Ты думала, что нашпигованная мечами Криз — это твоя заслуга?! Нет, куколка. Это Гром. Твой Гром. Хотя… не совсем верная формулировка. Ты — его. Он выбрал тебя своей хозяйкой, своей спутницей. Увидел в твоей душе готовность помочь слабому и откликнулся, встав уже на твою защиту.
Я замерла, обдумывая слова довольного Жалика.
— И… и где же он?
— Как где? — Жалик даже растерялся. — В тебе. Как и все «возрождённые», Гром должен сначала восстановить связь со своим избранным товарищем. Времени пока прошло слишком много, как бы твой советник не распылялся. Ты лежишь на кровати сравнительно недолго. Тебя принёс Ройс. Парень всю дорогу молил тебя о прощении… придурок. Ведь это он перед Криз прыгал на цыпочках, всячески клянясь в любви! Но, надо отдать горгулу должное, Ройс не переступил черту. Не предал тебя, отказавшись выкрасть и связать, пока Криз будет спокойненько шариться по Лабиринту. Стерва чернявая.
Я глубоко вздохнула.
— С Ройсом поговорю позже. Лучше скажи, как это «во мне».
— Ну что тут непонятного? Видела у Киселёвой моей тату на запястье? Это метка нашей связи. Именно там находится мой оплот. На языке прогресса земных технологий — моя подзарядка. Если у фамильяра выкачаны силы, нас возвращает магия «домой». Связь закрепляется тоже там. Сейчас Гром проникает в твою жизнь, узнавая тебя лучше тебя самой.
— Значит, у меня тоже должно быть тату? — Я завертелась, проверяя два запястья сразу. Ничего на руках не обнаружила.
— Ну… Гром — тот ещё выдумщик, — подзадоривая сам себя, захохотал Жалик. — Ищи тщательнее.
Тату нашлось.
На правом бедре, красиво переливаясь непонятным образом, сверкал острый длинный меч. Рукоятку тату венчала красивая многопиковая корона. Именно такая, которая сидела на голове каждой из сиан, изображённых на портретах в галерее славы. Эту галерею гарпии и тролли отмывали в первую очередь после распределения труда.
Я полюбовалась рисунком на бедре, провела по контуру меча пальчиками и улыбнулась.
— Красиво…
— Ещё бы! Теперь ты подопечная самой благодати Сорура. В тебе частичка его силы. Будь благоразумной и чаще прислушивайся к дельным советам бессмертного спутника самого времени. Моя Еся, например, только и делает, что меня слушает!
— Ага, — хмыкнула я, вспоминая перепалки подруги с её фамильяром. — Конечно! Но совет у тебя тем не менее дельный. Спасибо… Правда. Спасибо тебе за всё, Жалик. Даже не знаю, чтобы я без тебя делала.
— Что-что? — буркнул жабёнок, заметно порозовев. — Сопли бы на кулак наматывала. Или поплыла бы от розовой чухни всяких… чешуйчатых титанов, гуляющих вокруг тебя с подвеской титанов на шее.
Я ничего на это возмутительное замечание не ответила.
Мне сейчас было так хорошо.
И вот надо же всё себе испортить! Вспомнила, что с обретением фамильяра, гарпия теряет крылья, становясь полноценной фурией.
Жалость только всколыхнулась в груди, а из глубины солнечного сплетения пришло немое тепло. Меня кто-то подбадривал. Хотя, почему кто-то. Вполне понятно кто — Гром.
Я вернула губам улыбку и откинулась на подушки, позволяя себе и фамильяру отдых. В конце концов, за окном ещё стоит ночь, значит, утро следующего дня ещё не наступило. Время есть прийти в себя после полностью высушенного резерва. Подданные подождут ещё чуть-чуть.