— Слышал, это, о Вашем, ну, подвиге. Выражаю, как бы, благодарность ото всей, на, кавалерии и от себя, на, лично, на.
Он сухо пожал Элис руку, по военному развернулся на триста шестьдесят градусов и достойно удалился.
— Артур-Аурофоб, — прошептала Пердю. — Генерал‑фельдмаршал Элит-Кавалерии. Ядро сплотившихся, ячейка "Золото Партии". Клептофоб, всю жизнь боялся украсть что-либо, даже игрушки у друзей в детстве не воровал. Зато как взял под контроль Кавалерию сразу стал бороться с болезнью. Теперь крадёт у солдатиков всё что под руку попадётся, — капусту, картошку, даже знаки отличия, — надеется излечиться таким образом. На всякий случай смотри за карманами.
Элис не очень интересовали подробности, но мадам доставляло удовольствие проявлять свою осведомлённость.
Элис увидела хмыря, отвечавшего за её высылку из геттополиса. Он стоял с двумя туполицеми, коротко постриженными ребятками, похожими друг на друга как две отстрелянные гильзы. Они разговаривали громко, словно хотели, чтобы их услышали. До Элис доходили короткие обрывки фраз.
— Поймал попрыгушку?
— Куда ж денется, взяли тёпленькую.
— А что с этим? — один из туполицых изобразил гонщика.
— Вся любовь и сиськи набок, — ответил хмырь и взял себя за горло, изображая повешенного.
Все трое громко заржали и взяли по бокалу с сабли вовремя подоспевшего официанта.
Пердю заметила, что Элис следит за спецслужбистами.
— Двое из ларца, — прошептала она на ухо Элис и сильно толкнула в бок локтем, словно предупреждала об опасности. — Легендарные личности. Советую остерегаться. Здоровее будешь.
Хмырь не проявлял к Элис никакого интереса, он смотрел сквозь неё равнодушным взглядом, как будто они не были знакомы вовсе.
— Посмотри налево, у второго стола, — прошептала Пердю. — Только не пялься. Шайбу — министр нападения.
Элис начинала хмелеть, ей стало смешно от имени столь важной особы.
— Он что, любит играть в хоккей? — спросила она игриво и нагло уставилась на министра.
— Ха ха, — рыгнула мадам. — Алкоголь начинал действовать и на неё. — Я его с детства знаю. Когда-то в одном дворе росли. С врождённой психрофобией и приобретённой в детстве хионофобией, он даже на лёд ни разу не вышел. Зато орал громче всех, как резаный: Шайбу! Шайбу! Вот и заслужил погоняло. А как должность министра нападения занял, ещё и баллистофобию заработал!
К Шайбу подошёл высокий человек с лицом насмерть удивлённого чибиса и глазами конченного психопата.
— Потрох-Петруша, — еле слышно сказала Пердю. — Глава службы безопасности Братства. Второй человек после Главнюка. Считай что находишься в пяти метрах от полубога.
Шайбу и Потрох-Петруша о чём-то оживлённо беседовали. До Элис долетали лишь отдельные слова: "нагнетание обстановки", "поставки вооружения", "кокаин", "Агония".
Справа от Элис послышался громкий смех. Небольшая толпа окружила пожилого жирявого человека, напоминающего огромную болотную жабу. Красный шарообразный нос делал своего обладателя похожим на невесёлого клоуна. Рядом стояла молодая девушка спортивного телосложения. Жирявому явно нравилось находиться в центре внимания. Толпа покатывалась со смеху от каждого слова. Пердю взяла Элис за руку.
— Жирноносый — придворный глумотворец. Этот — классический эргофоб, ни дня не работал в своей жизни. Рядом с ним Мафушка — одна из лучших агентов спецслужб. Вот этого стоит послушать. Пойдём ближе.
Пердю потащила Элис к компании.
После третьей рюмки "Божьей росы" на глумника снизошла шутовская благодать, — паяц заходился пикантными подробностями из жизни разведчиков Братства. После глумления над управленцами гетто-предприятий, это была самая любимая тема.
Шута уже обступила гогочущая толпа чиновников в предвкушении очередной истории, которую можно было услышать из первых уст. Речь шла о пастыре, которого послали за границу для работы под прикрытием. Пастыря раскрыли спецслужбы Северо-Баллистического Пасьянса и вынудили работать против Братства. Его пылкая деятельность причиняла Поп Державе огромный ущерб. Согласно доброй традиции спецслужб, Главнокомыслящий лично вынес ему смертный приговор, который немедленно подлежал исполнению. И здесь возникли проблемы.
Первая группа исполнителей потерялась в Пасьянсе, осматривая волшебные достопримечательности, — соборы, дворцы, колокольни, — все что попадалось под руку. На помощь вылетела группа поддержки, которая отнеслась к поставленной задаче более профессионально. Спецслужбисты нашли дом пастыря и заложили бомбу, используя дверной колокольчик, как детонатор.