— Представь себе, — сказала Пердю. Единственное, над чем у него нет контроля, так это над космическим кораблём Главнокомыслящего. Но об этом, мы умолчим.
Расследованием занимается сам Потрох-Петруша.
— А что, если это..? — Элис не смогла закончить фразу и таинственно посмотрела на подругу.
— Если это сам Потрох-Петруша? — договорила за неё Пердю. Это практически исключено, но если он и есть главный виновник торжества, то нам конец.
Элис с испугом посмотрела на мадам.
— Хорошенькие дела. Прости за глупый вопрос, а можно выяснить у Мифа, кто лоббировал изменение заповеди?
Пердю злобно ухмыльнулась.
— Ну если у тебя есть, хотя бы пятьдесят тонн золота, чтобы встать в очередь на аудиенцию, тогда можно подумать. О том, что делать после того, как он пошлёт тебя ко всем чертям.
— Понятно, — сказала Элис и манерно перекрестилась. Не самая хорошая идея, — если мы не найдём решение, то я познакомлюсь с ними бесплатно, без всякой аудиенции.
— Скорее тебе их представлю я, — добавила Пердю, — на тот момент они уже будут моими лучшими друзьями.
Элис пыталась быть серьёзной.
— Тогда нам ничего не остаётся, как включить аналитические способности.
— У меня их никогда не было, — махнула рукой чиновница. — А ты, как я слышала — дочь именитого профессора. Я лишь могу поднять на уши весь обслуживающий персонал. Вот только знать бы для чего.
Элис вдруг осознала, что это страшное происшествие — может быть единственный шанс ещё раз увидеть Рома. Цена за встречу была слишком высока, — Элис понятия не имела, кому могла прийти в голову мысль красть гуклонок и прятать их так, чтобы все камеры слежения теремов оказались бесполезным металлоломом.
Она подозревала сразу всех, и в этом состояла главная проблема. Любой член аристо-элиты вполне подходил под описание педофила-психопата, даже супруг Пердю. Единственно кто не вызывал подозрение, — это сама мадам, и то, только потому, что на карту была поставлена не только карьера чиновницы, но и вся её жизнь.
— Что нибудь подобное случалось раньше? — спросила Элис со слабой надеждой получить хоть какую-то зацепку.
— Никогда, — отрезала Пердю, как ворон из старинной сказки.
Другого ответа Элис и не ожидала.
— Есть помещения в Теремах, недоступные для камер слежения?
— Только палаты самого Главнокомыслящего и Потроха-Петруши. Но их мы и не рассматриваем в качестве подозреваемых, — обречённо вздохнула мадам.
Элис вошла в роль следователя, и ей начинала нравиться её выдуманное амплуа.
— Тогда мы получаем только два варианта. Либо мы имеем не полую информацию, либо имеем дело с магией.
— В магию я не верю, а вот гуклонок вполне могли использовать в магических целях, — задумчиво произнесла Пердю.
Это замечание ошеломило Элис:
— Что ты имеешь в виду? Магические ритуалы? Здесь в Теремах?
— Да Эля, здесь, в Теремах, — передразнила её чиновница. — Именно здесь! Где по твоему им ещё происходить? В цехах твоего био-химического завода?
Мадам переступала черту. Элис решила, что не спустит последнюю фразу на тормозах:
— Если бы ты там побывала, то увидела бы ад собственными глазами и поверила бы в то, что магия так же реальна, как пропажа гуклонок.
— Извини, подруга, — сбавила тон Пердю, — просто меня немного трясёт.
— Поверь, мне тоже не по себе, — не сдержалась Элис, — раз во Дворце, где каждый сантиметр напичкан камерами слежения и спец службистами, могут бесследно исчезать люди. Мы можем стать следующими, если что.
— Думай, Элис, пожалуйста! — взмолилась Пердю. У меня огромные ресурсы в распоряжении.
«А ума нет, — мысленно продолжила фразу Элис.»
— Сейчас важен только один ресурс — это наш интеллект. Всё остальное потребуется, когда будем брать этого мерзавца, — неожиданно для себя сказала Элис.
Это взбодрило мадам.
— По поводу магии, — во дворце проводятся сатанинские ритуалы. Среди посвящённых — узкий круг “сплотившихся”. Но это, к сожалению всё, что я знаю. В детали, как ты понимаешь меня не посвящают.
— Не очень информативно, но может пригодиться, — деловито сказала Элис. — Любой намёк может вывести на след. Давай рассуждать абсолютными истинами, как учил меня отец. Ты говоришь, что Ром — лучший профессионал в своём деле, и он утверждает, что гуклонок физически нет в Теремах. Так?
— Именно так.
— В отсеках самолётов, вылетевших из Теремов их тоже нет.
Пердю нашла мат-рюшку и заметно повеселела.
— Нет, ни в отсеках, ни даже в уборной.
— Это означает, что они растворились в воздухе.