-А отчего так мрачно? – удивился Сирил и зачем-то прикрыл левую сторону лица ладонью, когда Ларример подал ему чашку чая.
-Догадайся!
-А, ну да, разумеется! Нашего отшельника ожидает нашествие целой орды, – хмыкнул он. – Ничего-о, Виктор, вот теперь ты узнаешь, каково мне приходится… Побудка по сигналу, утренняя гимнастика, потом марш-марш завтракать… бр-р-р! Хорошо еще, я вовремя заявил, что унаследовал от мамы боязнь лошадей, а то полковник и меня бы верхом взогнал! Казарма какая-то, а не приличный дом…
-Я не люблю рано вставать, - пробормотал я, не отрывая взгляда от газеты.
-А это не имеет никакого значения, - заверил кузен злорадно. – Разок услышишь, как полковник в шесть утра поет «Правь, Британия, морями!», сон как рукой снимет!
-Он что, правда это поет? – Я даже опустил газету.
-Ну да. Иногда под настроение может еще национальный гимн спеть. Или там «Ячменное зерно». А вот кавалерийские песни – только себе под нос, потому что там слова очень неприличные, и мама ругается… - Сирил перевел дыхание. – В этом доме акустика хорошая, все живо проснутся!
-О господи, - сказал я и вдруг вспомнил поездку на курорт, воющую собачку соседки и замечательное изобретение под названием «беруши». Надо обзавестись, пожалуй! – Ладно, скажи лучше, когда ожидать основного нашествия?
-Дня через два или три, - ответил он. – Мама никак не может решить, что с собой взять. Вот полковник – сразу видно армейскую жилку – в один момент собрался, а теперь над ней подтрунивает.
-Ясно… - тоскливо вздохнул я.
-А я у тебя это время поживу, - добавил кузен.
-Чтобы я не сбежал? – озвучил я догадку, первой пришедшую мне в голову.
-Не-ет… - Сирил вздохнул и повернулся ко мне анфас.
-Боже, - сказал я и выронил газету. Под левым глазом у кузена красовался роскошный фиолетовый фингал, а самого глаза было почти не видно. – Где тебя угораздило так приложиться?!
У Сирила имелось скверное обыкновение спросонок, не продрав глаз толком, отправляться в умывальную, и порой он вот так уже налетал на косяк или на открытую дверь. Правда, обычно лбом, а один раз он расквасил нос.
-Это не я приложился, это меня приложили, - мрачно пошутил он. – Сам понимаешь, в таком виде мне дома показываться нельзя. Знаешь, что будет, если мама увидит меня с таким украшением?
-Знаю, выжженная пустыня на месте Блумтауна, - машинально ответил я. – А кто это тебя так приласкал? Кто-то из твоих так называемых приятелей?
-Нет, куда им, руки коротки, - отмахнулся Сирил, который, вообще-то, был не дурак подраться и боксировал достаточно прилично. – Это совсем другая история…
-Очень любопытно! Дорогой кузен, а не изложишь ли ты мне подробности этой истории? Чтобы, так сказать, знать, к чему готовиться? И, - добавил я мстительно, - такой синяк за три дня все равно не сойдет. Сделается разноцветным, и все.
Сирил тяжело вздохнул, явно прикидывая, стоит мне довериться или нет. Потом все-таки решился.
-Помнишь того типа, который явился во время чаепития? – спросил он. – На которого Ми… миссис Вашингтон собак спустила.
-Помню, конечно, и что? – кивнул я, посмеиваясь про себя: Сирилу повезло, что миссис Вашингтон зовут Мирабеллой, а не, скажем, Сарой или Клариссой. Тогда ему было бы сложнее оговариваться.
-Что он приходит не в первый раз, мама говорила. К миссис Вашингтон тоже кто-то наведывался, я только не знаю, тот же это самый человек или другой.
-Сирил, я помню: он настойчиво убеждает продать поместье, - поморщился я. – Только почему он обращается с этим к тетушке Мейбл?
-Да потому что все знают, что поместье точно принадлежит не полковнику, он же к нам переселился, - хмуро ответил кузен. – И как-то принято считать хозяйкой именно маму. А она не разубеждает, зачем? Кому-то что-то объяснять, тем более, посторонним людям… Это же наши семейные дела! Ну и потом, она действительно не хочет расставаться с поместьем, зачем еще тебя припутывать? Думала, скажет «нет», и все, а этот тип ходит и ходит…
-Хм, ну допустим, - согласился я. – А как из всего этого проистекает наличие фонаря у тебя под глазом?
-Ну ты помнишь, он сказал «вы еще пожалеете»?
-Да.
-До этого еще другое было. Я сейчас дословно не воспроизведу, но что-то было в духе «как бы вам не расстаться с самым дорогим». Я еще посмеялся: это такой бульварщиной отдает! Сказал, мол, мама, следи внимательнее за своими розами, а полковнику посоветовал ночевать на конюшне, чтобы лошадь не увели…
-Он тебя не взгрел? – поинтересовался я.
-Нет, я успел удрать, - хмыкнул Сирил. – Но теперь на конюшне в самом деле ночует грум! Вот повезло бедняге…
-Ты не отвлекайся, - остановил я увлекшегося кузена. – Говори по делу.