-Благодарю, инспектор! – воскликнул я. – А как поживает другой узник?
-Еще кактус? – нахмурился он.
-Да нет же, тот сумасшедший, который вас едва не придушил. Он кто? Беглый каторжник?
-Бросьте, - махнул рукой Таусенд. – Самый обыкновенный бакалейщик. Как в себя пришел, штраф уплатил, так и выпустили.
-Но он ведь на вас напал! – заметил я.
-Я же не при исполнении был, - вздохнул инспектор. – А ловко вы его! Надо себе тоже трость завести…
-Благодарю, - скромно ответил я. – Надо же… бакалейщик! А может, он сумасшедший?
-Нормальнее нас с вами, - сделал мне сомнительный комплимент Таусенд. – Доктор его осматривал. И раньше, этот Питерсон говорит, никогда с ним такого не было. Наверно, припадок случился – там в павильоне духота-то какая!
-Да, это верно. Ну, хорошо, что все обошлось, - улыбнулся я и поднялся, прощаясь. – Благодарю за кактус, инспектор!
Он только фыркнул в ответ, а я забрал с памятного подоконника (давешний констебль выполнять свое обещание не спешил!) колючего страдальца и преспокойно вышел из здания. Констебль у входа (другой, постарше), даже внимания на меня не обратил, будто у джентльменов нынче в моде прогуливаться с кактусами наперевес!
Итак, узнал я не очень много, но достаточно. Много ли в городе бакалейщиков? Думаю, достаточно. А по фамилии Питерсон? Вряд ли! Можно спросить в первой же бакалейной лавке, конкурентов все знают, да и в лицо я его помню…
-Ну что, Конно-идея? – весело спросил я у кактуса, пристроив его на заднем сиденье. – Поедем искать нашего бакалейщика!
Я решил проехаться по лавочкам и порасспрашивать местных обитателей. Надо сказать, мой сверкающий автомобиль, медленно ползущий по узким улочкам не самых респектабельных кварталов, производил неизгладимое впечатление на местных обитателей. Кактус на сиденье – тоже. Мальчишек за мной неслось десятка два, никак не меньше! Кстати, а это мысль!
-Эй, - окликнул я ближайшего пацана и показал ему монетку. – Знаешь, где живет бакалейщик Питерсон?
Тот огорченно помотал головой.
-Я! Я знаю! – вперед протолкался оборванный, но очень бойкий рыжий мальчуган. – Через улицу от нас!
-Дорогу показать сможешь? – Вряд ли бы я понял его путаные объяснения, а плутать не хотелось.
-Конечно, мистер!
-Тогда беги вперед и показывай, - кинул я ему монету. – Приведешь, получишь еще!
Наверно, он рассчитывал, что я впущу его в автомобиль, но нет уж, потом сиденья не отчистишь…
Мой маленький проводник не подвел, вскоре я уже затормозил возле небольшого домика. Кажется, лавка уже не работала, во всяком случае, покупателей я что-то не приметил.
-Там он, там! – запрыгал мальчишка, сунув нос внутрь. – Он допоздна торгует! Давайте монету, мистер!
-Лови, - сказал я, выбираясь из машины. Потом подумал и прибавил еще одну. – Присмотри, чтобы до автомобиля никто не дотрагивался.
-Непременно, мистер! – обрадовался очередному заработку парнишка, а я, осторожно придерживая полы светлого пальто, подошел к двери лавочки.
Обычно в бакалейных лавках стоит приятный аромат кофе, шоколада, мука – и та придает воздуху своеобразный, чуть пыльный запах, но здесь все было иначе.
«Похоже, хозяину пора проверить срок годности консервов», - подумал я, смерив взглядом пирамиды банок и склянок, и сдерживаясь, чтобы не поднести руку к лицу. А лучше – вульгарно зажать нос!
Хотя нет, это не был запах испорченного паштета (не то чтобы я был специалистом по этому запаху, но все же…). Мне уже приходилось обонять нечто подобное, но где и когда?
Хозяин скучал за прилавком. На лице его была написана вселенская тоска, и немудрено: ни единого покупателя! Впрочем, я не удивлен…
-Сэр? – встрепенулся он, когда звякнул колокольчик над дверью. – Что вам угодно?
-Это вы – Питерсон? – спросил я, чтобы исключить любую возможность ошибки. В лицо-то я его узнал, но бывают же похожие люди! Я ведь его тогда не слишком пристально разглядывал, не до того было.
-Да, сэр, - нахмурился он.
-О! Вы-то мне и нужны, - сказал я, подходя ближе. Запах сделался сильнее, и я решил остаться, где стоял. – Это ведь вы были на цветоводческой выставке недавно? И напали на человека?
-Вы из полиции, сэр? – мрачно спросил он. – Или это я на вас напал? Так я ведь все уже рассказал, штраф заплатил… Говорю ж, ничегошеньки не помню! Помрачение какое-то нашло, и вас я тоже не помню, уж простите!
-Да что вы, Питерсон, – махнул я рукой. – Это я должен перед вами извиниться!
-Сэр?! – Глаза у него полезли на лоб, а буйные нечесаные волосы чуть не встали дыбом.
-Да-да. Видите ли, это я вас ударил, чтобы остановить! - О миссис Таусенд я благоразумно умолчал. – Надеюсь, не слишком сильно?