Впрочем, мне не впервой отбиваться от тетушки Мейбл, конечно же, ведомой самыми лучшими намерениями...
У поместья тетушки вовсю кипела работа, несмотря на вновь начавшийся снег.
Под руководством хозяйки слуги украшали дом венками из остролиста, лентами и колокольчиками, Сирил с мученическим видом посасывал ушибленный палец (молоток валялся в стороне), а полковник бодро командовал Баррадой, который пытался надеть на верблюда хомут с бантиками.
Наоми же замерла на крыльце, глядя вокруг широко раскрытыми глазенками.
Поздоровавшись со всеми, я остановился у входа. Сейчас Наоми выглядела обычным ребенком, который получил от Санта Клауса вожделенный подарок. И как будто и не было маленькой ведьмочки, которая на досуге мастерила вполне действенные амулеты.
-А ей не холодно? – негромко спросил я тетушку Мейбл.
-Она достаточно тепло одета, - отрезала та. В вопросе воспитания детей я ей полностью доверял (раз уж Сирил дожил до своих лет), поэтому умолк и стал наблюдать.
Удивительное зрелище: над белыми нетронутыми сугробами плывет черное лицо с белоснежной же улыбкой... (Не надо было покупать Наоми такую светлую шубку и шапочку, так недолго перепугать окрестных жителей до полусмерти!)
Сейчас девочка завороженно смотрела, как падают крупные хлопья снега, подставляла им ладонь, стянув перчатку, но рассмотреть не успевала - они таяли, едва коснувшись руки.
-Не так надо, - вдруг сказал Сирил, отчего-то гораздо лучше моего умевший общаться с детьми (может, оттого, что он сам еще не повзрослел?), и присел рядом с Наоми на корточки. - Гляди сюда!
На рукаве его темного пальто снежинки, конечно, были прекрасно видны, и Наоми уставилась на них огромными глазами, даже приоткрыв рот от удивления.
-А вот еще... - Сирил подошел к ней, откуда-то выудил увеличительное стекло (я даже его помнил, когда-то с его помощью кузен поджег стог сена) и дал девочке посмотреть на снежинки во всей их красе. Изумлению ее не было предела!
Конечно, ни одной воспитанной английской барышне и в голову бы не пришло прыгать от восторга, хлопать в ладоши и пританцовывать под падающим снегом под неведомую мелодию и в странном ритме, но ведь Наоми была всего лишь бедной негритянкой, впервые увидевшей зиму...
Милые семейные радости закончились, стоило нам усесться в гостиной.
Тетушка Мэйбл, не повышая голоса, вежливо и методично отчитывала Сирила за безалаберность, шашни с сомнительным дамами, нежелание заниматься чем-то полезным...
Надо думать, она намеренно выбрала момент, когда Сирилу некуда бежать.
Полковник флегматично потягивал крепчайший чай, в котором коньяка было больше, чем заварки.
Наоми, забыв о надкушенном сандвиче, восторженно крутила кулон, только что подаренный Сирилом.
Надо же, он умудрился не только заметить, насколько ей понравилась та вещица, но и упросить мистера Флипа ее продать. Учитывая, что это была память о покойной жене, а безутешный вдовец к тому же терпеть не мог своего бывшего секретаря... Задача не из легких!
Но уж чего у Сирила не отнять – он умеет быть благодарным.
На мгновение отвлекшись от новой игрушки, Наоми взглянула на меня в упор, отчего мне захотелось поежиться. В ее темных глазах читалось такое понимание, словно они принадлежали столетней старухе, а не маленькой девочке...
- Вик! – услышал я оклик тетушки.
- Да, - откликнулся я, даже с некоторым облегчением отводя взгляд.
Пожалуй, нужно тоже что-нибудь подарить тетиной воспитаннице. Скажем, кактус? Думаю, ей подойдет Белла, они с Наоми даже чем-то похожи.
Stenocactus crispatus не зря в просторечии называют кудрявым. Его колючки неуловимо напоминали жесткие кудряшки Наоми.
- Что ты думаешь о мисс Кингман? – голос моей милой родственницы был тих и спокоен, но до предела прямая спина выдавала ее настроение.
- В каком смысле? – уточнил я, пытаясь вспомнить, о ком вообще шла речь.
- Я подумываю пригласить ее погостить у нас неделю-другую, - сообщила тетушка, спокойно размешивая ложечкой чай. – А возможно, и мисс Николсон. Думаю, раз уж Сирил не хочет работать, он не сочтет слишком тяжелым трудом сопровождать и развлекать юных леди.
Я бросил взгляд на кузена, лицо которого посерело, а на лбу выступили капельки пота. А я вспомнил наконец упомянутых девушек. Одна из них – слащаво-сентиментальная особа с повадками питона, а вторая – прыщавая девица, способная задавить Сирила массой. К тому же мисс Николсон смеялась так утробно, что дрожь пробирала, казалось, это смех людоедки.
Хм, вполне в духе тетушки Мейбл: обрисовать самую неприятную перспективу, а потом предложить жертве «добровольно» выбрать меньшую из зол. То есть, в случае Сирила, обручиться с кем-нибудь другим.