- Могу я видеть инспектора Таусенда? – поинтересовался я, склонив голову набок.
- Сейчас узнаю! – буркнул он, потянувшись к телефону, коротко доложил и кивнул мне: - Проходите.
Инспектор сидел у окна, подперев голову рукой, и смотрел на симпатичный Mammillaria в розовом горшочке.
- Здравствуйте, Джордж, - произнес я, умилившись этой сцене.
- И вам не хворать, Виктор, - меланхолично ответствовал инспектор, не отрываясь от созерцания своего колючего друга. Присесть он мне так и не предложил.
- Вижу, вы увлеклись кактусами? – с сомнением уточнил я, без спросу усаживаясь напротив.
- Да нет, - отмахнулся он и зачем-то потрогал пальцем колючую верхушку растения. – Просто я подумал: интересно, а чем они вас так привлекают? Вот и...
Он махнул рукой в сторону кактуса и наконец-то повернулся ко мне.
- Mammillaria требует очень хорошего освещения, - не удержался я. – А в вашем полутемном кабинете она быстро погибнет.
- Ну и ладно, - пожал плечами инспектор и, подхватив с подоконника горшочек, протянул мне: - Дарю!
- Спасибо, Джордж! – с чувством произнес я, принимая щедрый подарок. А что мне еще оставалось? Не оставлять же бедняжку на верную смерть! – У меня для вас хорошие известия!
- М-да? – как-то неопределенно протянул инспектор, вынимая из кармана пачку сигарет.
- Мистер Клариджес, мой бывший начальник, приедет в Блумтаун в самое ближайшее время! – поведал я, однако у Таусенда это известие энтузиазма не вызвало. Он только кивнул и вновь погрузился в свои мысли, судя по всему, невеселые. Вид у него был усталый и нахохленный.
- Виктор, я даже не знаю, как вам сказать... – наконец на что-то решившись, начал инспектор. – В общем... Вы читали сегодняшние газеты?
- Хм? – я попытался вспомнить. – Нет, до газет я, кажется, не добрался. А в чем дело?
- Н-ну... вот, читайте сами! – он вручил мне смятый номер «Вестей Блумтаума» и принялся, не глядя на меня, раскуривать сигарету.
Я полистал газету и уже открыл рот, чтобы осведомиться, какую именно статью мне следует прочитать, но осекшись, уставившись на собственное фото. И стал читать, с каждым прочитанным предложением все более приходя в ярость.
- Что это за чушь? – поинтересовался я с деланным спокойствием, складывая газету и возвращая ее инспектору.
Разумеется, о «Вестях Блумтаума» я был не лучшего мнения, однако до сих пор в них не печаталось... подобное! К тому же завтра наверняка и остальные газеты перепечатают ту статейку.
- Чушь, не чушь, а суперинтендант уже приказал провести расследование, – сообщил инспектор мрачно.
- Но ведь это нелепость! – взорвался я. Попытался взять себя в руки: глубоко вздохнул, помассировал виски и на минуту прикрыл глаза. Потом продолжил уже спокойнее: - Как можно расследовать то, чего никогда не происходило?
- Это вы так говорите, Виктор! – выдохнув дым, заметил он. Он раскрыл газету на той самой странице и ткнул пальцем в один из абзацев. - Тут говорится, что ваша невеста погибла из-за того, что вы вели машину ночью в дождь, а второго глаза у вас нет, – совершенная ерунда, кстати, у вас же оба глаза на месте, просто один не видит! – вот вы и наскочили на столб... Признайте, вы ведь и вправду часто ездите в плохую погоду, хоть я вам и запретил!
- Но у меня нет и никогда не было никакой невесты! – возразил я, испытывая желание что-нибудь разбить, вот хотя бы горшок с кактусом... Но бедняжку Mammillaria было жалко. – Да и в аварии я никогда не попадал… не считая, разумеется, инцидента с вашей машиной. Просто кто-то написал полнейшую бессмыслицу!
- Не бессмыслицу, друг мой, вовсе нет! – инспектор отложил в сторону газету и, прищурившись, посмотрел на меня. Я попытался возразить, но он только отмахнулся. – Нет, я вам верю! Просто умно придумано: много общеизвестных фактов вроде вашей частичной слепоты, и самая чуточка выдумки. А все вместе смотрится очень, очень впечатляюще!
- Ну хорошо, - сдался я. – Что мне теперь делать?
Страшно даже вообразить, как отреагирует тетушка Мейбл, когда узнает! Только полицейского расследования нам и недоставало для полного счастья… Хорошо хоть Ларример после давешней истории с рекламой газет не читает!
- А что тут поделаешь? – инспектор вспомнил о своей сигарете, которая уже почти дотлела, и сунул ее в рот. – Для начала я найду журналиста, который это сочинил, и поспрашиваю, откуда он все это взял. Ведь не во сне же увидал!
- Да уж! – я машинально принялся гладить своего нового колючего питомца. Что-то не давало мне покоя в словах инспектора, но что? Пожалуй, надо успокоиться и хорошенько подумать.
- Только расследование мне не поручат, - продолжал тем временем инспектор Таусенд. Даже бакенбарды у него уныло обвисли. – Я ведь, так сказать, слишком близко вас знаю. Суперинтендант мне так прямо и заявил...