Наконец, мяч приобрел упругость. Отец протянул его сыну. — Держи, футболист. Только дома им не играй, окна целее будут. Иди на задний двор.
Кенджи схватил мяч. Он был чуть больше, чем он ожидал для своих маленьких рук, но ощущался… правильно. Он выбежал на задний двор – небольшое пространство за домом, где мама сушила белье и росло несколько грядок с овощами.
Он поставил мяч на землю. Сердце колотилось. Вот он, момент истины. Он знал, что нужно делать. Базовое упражнение – удержание мяча на месте, перекатывание подошвой вперед-назад, вправо-влево. В его голове это выглядело легко и элегантно.
Он поставил правую ногу на мяч. И тут же чуть не потерял равновесие. Тело было таким неустойчивым! Он попытался перекатить мяч подошвой вперед. Мяч вильнул и откатился в сторону. Кенджи попробовал остановить его другой ногой – и неловко ткнул его носком, отправив еще дальше.
Он попробовал снова. Медленно, сосредоточенно. Перекат вперед… назад… вправо… влево. Мяч слушался плохо, ноги заплетались. Через пять минут лоб был мокрым от пота, а дыхание сбилось. Мышцы ног, такие слабые и нетренированные, начали подрагивать от непривычной нагрузки.
«Так вот оно что…» — подумал он с горечью и одновременно с упрямой решимостью. Он помнил, как делал это упражнение тысячи раз, доводя до автоматизма. А теперь… теперь он был хуже любого новичка. Хуже тех мальчишек с поляны.
Он стиснул зубы. «Ничего. Я знал, что будет нелегко. Это только начало. Главное – не останавливаться».
Он снова поставил ногу на мяч. И снова начал перекатывать. Вперед. Назад. Вправо. Влево. Медленно. Неуклюже. Но он делал это. Первый шаг на долгом, долгом пути был сделан.
Глава 3: Тело и Воля
Дни потекли один за другим, сливаясь в рутину, которая для Кенджи была наполнена тайным смыслом и титанической (по меркам пятилетнего тела) работой. Задний двор дома стал его личным тренировочным полигоном. Каждый день, как только выдавалась свободная минута – утром, пока родители были заняты своими делами, или днем, когда спадала жара – он выходил туда со своим старым мячом.
Перекаты подошвой. Вперед-назад, вправо-влево. Снова и снова. Он помнил, как в прошлой жизни мог делать это часами, не глядя на мяч, чувствуя его как продолжение собственной ноги. Сейчас же каждый перекат требовал предельной концентрации. Мяч то и дело норовил выскользнуть, ноги заплетались, равновесие терялось.
«Терпение, — твердил он себе, стискивая зубы после очередной ошибки. — Только терпение и повторения. Ты не можешь перепрыгнуть через ступеньки. Строй фундамент».
Он добавил простые касания внутренней и внешней стороной стопы. Легонько толкать мяч от одной ноги к другой, стараясь удерживать его рядом. Получалось плохо. Вместо мягких касаний часто выходили тычки, и мяч отлетал слишком далеко. Но Кенджи упорно возвращал его и начинал снова. Пот застилал глаза, футболка прилипала к спине, маленькие ножки гудели от усталости, но он продолжал. Десять минут, пятнадцать, двадцать… столько, сколько мог выдержать, прежде чем мышцы начинали откровенно отказывать.
Вскоре он понял: одной техники недостаточно. Его тело было слабым, неразвитым. Бесполезно знать, как нанести точный удар или выполнить сложный финт, если у тебя не хватает сил, координации и выносливости даже для базовых движений.
«Физическая подготовка», — решил он. — «Нужна база. Самая простая, но регулярная».
Он вспомнил разминки из своей прошлой жизни, адаптируя их под нынешние возможности. Утром, до завтрака, пока дом еще спал, он выходил на задний двор.
Сначала – легкий бег. Несколько кругов по периметру двора. Его маленькие ноги семенили по траве, дыхание быстро сбивалось. Он старался бежать ровно, не вихляя, как это делают многие дети, концентрируясь на постановке стопы, как его учили когда-то давно. Получалось не очень, но он чувствовал – с каждым днем пробежать удается чуть больше, чуть легче.
Потом – простые упражнения. Приседания. Он помнил идеальную технику, но его тело отказывалось слушаться. Спина гнулась, пятки отрывались от земли. Он старался делать медленно, неглубоко, следя за ощущениями. Десять приседаний казались пыткой. Отжимания. О полноценных отжиманиях не могло быть и речи. Он попробовал отжиматься с колен. Получилось несколько раз, руки дрожали, как осиновые листья. Прыжки. Простые прыжки на месте, стараясь повыше поднять колени. Это улучшало координацию и взрывную силу, которой у него пока не было вовсе. И, конечно, растяжка. Он знал, как важна гибкость, особенно после той роковой травмы. Он садился на траву и аккуратно тянул мышцы ног, спины, рук. Так, как позволяло его маленькое тело. Медленно, без рывков, чувствуя легкое натяжение.