— Не верю, что это она, — сказала одна из танцовщиц. Остальные поддержали.
Девушки переодевались в обычную одежду — бар закрыли до выяснения обстоятельств. Они сказали, что заведение теперь закроется навсегда.
— Почему? — спросила я.
— Директор был единственным, кто заботился о баре. Его брат только деньги забирает. Он либо продаст, либо разорит это место, — ответила девушка, стоявшая в углу и до этого молчавшая.
— Вы хорошо знаете директора и его брата? — уточнила я.
— Да, я спала с директором. И отлично знаю его брата! — Девушка задрала нос, словно гордясь этим.
— Гордится тем, что спала с директором... — фыркнула Лил, когда мы вышли на улицу.
— Это был ее шанс на лучшую жизнь, — ответила я, обнимая себя за плечи.
— Ты его видела? Толстый, неопрятный... — начала Лил, но я перебила:
— Богатый. По меркам этого квартала.
— Сейчас таких отношений нет. Обычно люди сразу договариваются, — Лил тоже начала зевать, заражая меня.
— В мое время это было актуально — люди любили дурачить друг друга.
Я задумалась. Сама я только недавно молила о шансе на жизнь, не хотела умирать. И сейчас не хочу терять время. Но чего я хочу? Серьезных отношений или легких романов и свободы? Сложно определиться, когда у тебя впереди больше, чем год.
Яр отпустил нас домой, поблагодарив за работу. Мы упустили убийцу, но вышли на ее след. Два часа сна — и снова на работу. Спасибо Джерри за завтрак и настойчивый будильник.
В кабинете меня встретил Рик и забрал на первое занятие по стрельбе. Этого я точно не ожидала. Минус первый этаж оказался профессиональным тиром и оружейным хранилищем. Огромное помещение вмещало склад, подготовительные точки и большую арену с препятствиями — от банка до квартиры.
— Я занял нам третий стол, — сказал Рик, подходя к тренировочному столу с двумя пистолетами, очками и наушниками.
— Смотри. — Он надел наушники и очки, взял пистолет. — Затвора нет, нужно нажать кнопку под курком. Пистолет активируется, включается автоматический прицел — он не просвечивается. Вот здесь, — он провел пальцем по стволу, — световой индикатор. Черный — не активирован, красный — прицел не пойман, оранжевый — ищет, зеленый — стреляй. Все просто. Отдача небольшая.
Рик активировал пистолет, индикатор сменил цвет. Он встал в стойку, выставил руки, прицелился. Как только загорелся зеленый, прозвучал выстрел. Хорошо, что я успела надеть наушники — звук оказался громче, чем я ожидала.
— Громко, — заметила я, беря свой пистолет.
— Поэтому выдают глушители, если нужно. Твоя очередь.
Я активировала пистолет, дождалась прицела, выстрелила и попала в цель.
— Легче, чем я думала! — улыбнулась я.
— Несложно. Но в боевых условиях сложнее. Старайся сама ловить прицел, не полагайся только на оружие. Если мишень движется, оно может подвести.
Оставшееся время мы стреляли по мишеням.
— Слушай, я знаю, не мое дело, но вся группа хочет знать: как ты решилась на заморозку?
— Я уже говорила Яру: я не решалась. Честно, сама не знаю, как вышло. Но я очень рада.
— Как это — не решалась?
— Я тяжело болела. Друг рассказал о программе, но я не успела даже позвонить. Мне стало плохо, положили в больницу, подключили к ИВЛ. Больше ничего не помню.
— Но как тогда?
— Не знаю.
Мы продолжили тренировку.
— А то оружие, что вы с Миром использовали в деле с мошенниками? Оно было другим, — вспомнила я.