«Нет. Не хочу. Не сейчас. Почему?»
Вместе с кровью потекли слезы. Последние силы покинули ее. Она упала на колени возле раковины. Истерика и воспоминания накрыли с головой. Рыдания разнеслись по ванной и палате.
— Откройте дверь! — медсестра барабанила.
Немного успокоившись, Тая встала, открыла дверь и вышла. Медсестра ахнула от ее вида, помогла сесть на кровать.
— Я позову врача. — Женщина лет тридцати выбежала.
Через двадцать минут она вернулась с доктором Трейси. Мужчина провел осмотр, цокнул языком, во взгляде не было доброжелательности.
— Вы болели чем-то раньше?
— Да.
— Вот этим прибором я посмотрю, где инфицированные клетки. Не пугайтесь. — Он достал продолговатый предмет, нажал кнопку, узкая световая линия засияла вдоль инструмента. Навел на девушку, повел по телу. Остановился у головы.
— Что? — ждала вердикта Тая.
— Картина не очень. Вам делали процедуру по извлечению пораженных тканей. Но, как я вижу, инфицированные клетки убрали не до конца. После сильного стресса они активизировались и снова вызывают болезнь.
По щекам потекли крупные слезы, нижняя губа задрожала. Она отвернулась, чтобы не показывать боль, и тихо прошептала:
— Опять?
Не хотелось снова испытывать ту боль, проходить через адские больничные месяцы. Не хотелось становиться бесформенным скелетом, ощущать, как медленно умираешь.
— Сейчас не тот год. — Доктор понял, о чем она думает.
Тая повернулась к нему. В глазах теплилась надежда. Жить — вот чего она хотела!
«Да, сейчас не тот год. Сейчас будущее!»
— Это можно вылечить? В ваше время. Сейчас. Это возможно?
— Да. Придется полежать не месяц, а три. Но все поправимо. Медицина шагнула далеко. Вы зря переживаете так бурно — это не идет на пользу. Понимаете?
— Да. — Она улыбнулась, вытерла слезы тыльной стороной руки. Салфетками с тумбочки убрала следы крови, пригладила волосы.
— Вот так. Сейчас отдыхайте, кушайте. Нужно убрать последствия стресса. Потом займемся остальным. И больше не плачьте. — Он подмигнул и направился к выходу.
— А мои коллеги, они... — Тая не успела сформулировать вопрос.
— Придут к двенадцати. Каждый день приходят. Часы — в коммуникаторе или на стене слева.
Тая подняла голову: на стене темно-синие цифры — девять утра.
— Вы уже лежали в больницах?
— Нет. Если не считать разморозки. Но я там не все помню.
— Успокойтесь. Не переживайте. Смотрите. — Он подошел к стене под часами, коснулся — выдвинулся стол, чуть ниже — сиденье. — У нас нет расписания завтраков и обедов. Вы сами устанавливаете, когда проголодаетесь. — Коснулся стены над столом — появилась проекция меню. — Можете заказать все, что захотите. Рекомендую позавтракать. Через час у вас процедуры.
Он наклонил голову и вышел. В животе заурчало.
«Как вовремя».
Тая изучила большое меню, выбрала бургер. Нажала на название — появилась проекция блюда с гарниром. Нажала на порцию — все исчезло. Пришлось вызывать меню снова.
Снова проекция. Взмах вверх — ничего. Вправо-влево — ничего. Взмахнула вниз — все исчезло, прозвенел короткий звонок. В стене открылся люк, выехала панель с готовым бургером и картошкой.
«Отлично, научились. Теперь кофе».