---
Район «Золотых аллей» сверкал белоснежными двух- и трехэтажными особняками. Бесконечные сады, зеленый натуральный газон. И только дом 435 выделялся скромными четырьмя клумбами и розовым оттенком.
Привычную безмятежность разрезал звук сирен полицейских машин и скорой помощи. Из соседних домов вышли люди, с любопытством выглядывая, пытаясь рассмотреть, что произошло. Кто-то запахивал халат, кто-то потягивал горячий чай, кто-то курил дорогие натуральные сигары.
Глава 27. Невинная
Рик и Даниэль подъехали к освещенному огнями дому. Ярослав уже разговаривал с кем-то у крыльца. Закончив, он повернулся к ним.
— Ну что? Наше? — Рик все еще надеялся на ошибку.
Из дома вышел депрессивный офицер Пролейн, поздоровался и тут же распрощался:
— Моя смена закончена. Дело передали вам. Сочувствую. Надеюсь, скоро это закончится.
— Можешь не отвечать. Наше. — Даниэль ответил за друга.
Глубокий вздох, медленный выдох. Следователи собрались с духом и вошли в дом.
Малый пустой холл с нераспакованными коробками в углу. Слева — проход в столовую и кухню. Справа, прямо перед входом, — консольная лестница без перил. Мраморные ступени вели на второй этаж. Там были три спальни и две ванные.
В одной из спален уже работали аналитики. Белые чемоданчики раскиданы по коридору. Мужчины взяли перчатки, медленно надели, посмотрели друг на друга. Никто не хотел идти первым и видеть этот ужас.
Сейчас им было еще сложнее. Речь шла о ребенке. О беззащитном подростке, который еще не закончил школу. Ярослав, как начальник, взял себя в руки и шагнул первым. Следы крови были повсюду, но эпицентр — на кровати.
— Наше. — С грустью и злостью сказал Рик.
— Да. — подтвердил Ярослав. Его спокойствие пугало, холодный голос пробирал до костей. Сейчас на месте преступления был не человек, а профессионал. Он обратился к аналитику: — У вас что-то есть?
— Отпечатков нет.
— Выводы?
— Работал профессионал. Хирург или ветеринар.
Новая информация привлекла внимание всех.
— Что-то еще?
— Эм... Нет. Пока больше ничего.
Яр повернулся к Рику и Даниэлю:
— Идем, опросим соседей и родителей.
Они разделились. Рик пошел по правой стороне улицы, Даниэль по левой, Ярослав занялся родителями.
Женщина в карете скорой, укутанная в одеяло, больше не кричала. Из глаз тихо лились слезы. Она раскачивалась вперед-назад, медленно переходя в круговые движения. Тихий шепот «Моя маленькая звездочка» не прекращался ни на минуту.
— Оми Джирн? — Яр осторожно дотронулся до ее плеча.
Она подняла стеклянные глаза:
— Моя маленькая звездочка.
— Вы мама Милы?
— Да, Мила — моя звездочка.
— Расскажите о ней.
Она оживилась, голос стал бодрее:
— Моя девочка занимается гимнастикой. В комнате много наград. Хорошо учится, много читает. Любит слушать старую музыку. — Глаза потухли, голос стал тише шепота: — Любила.
— Что-то необычное в последнее время? Новые знакомства? Страхи?
— Она стала бояться оставаться одна.
— Почему? Когда началось?
— Недели три назад. Забыла, что оставила кружку в раковине. Говорила, что убирала на место. Но как убирала, если она там лежала?
— Она несколько раз говорила?
— Дважды. Я отмахнулась. Думала, детские игры.
— Еще что-то можете вспомнить?