- Алён! - Кричали ей вдогонку - Ну стой ты, Алён! Что тут такого-то?..
Она шла в темноте, сама не зная, куда. Ей казалось, что она на пути в село, и если ей придется идти через ферму одной, в ночи, то пусть. Ни собаки, ни люди, которые там могут находиться, ни призраки, ничего ее не пугало. Ничего не пугало ее так, как Рома.
Она уже добралась до «Газухи». Ноги ее заплеталась, в глазах было мутно, но она продолжала идти. Ощущение, что ее преследует, не позволяло ей медлить.
Но когда ей послышалось, будто кто-то идет сзади, она остановилась, как вкопанная. Зажмурившись на секунду, она, с бешено бьющимся сердцем, обернулась.
Ну конечно!
К ней приближался Рома!
- А что это ты убежала? Струсила? - Его дыхание сбилось; очевидно, он бежал за ней.
- Вовсе нет, - солгала она.
- Да что ты?
- Да. - Тошнота подкатила к ее горлу, и она конвульсивно сглотнула.
- Тогда почему не приняла вызов? - Одним широким шагом он сократил расстояние между ними. Алёна отступила.
- Потому что я не играю в такие глупые игры.
- Но до этого ты охотно принимала участие. М? Боишься меня, - понизив голос, произнес он и протянул к ее лицу руку. Она ударила по ней, и он удивленно рассмеялся. - Ого! Обороняться умеешь?
- Отвали от меня, - ее голос дрожал.
Он проигнорировал приказ. Вместо этого Рома продолжал наступать на нее, а она - пятиться.
- Избегать меня не получится, - он покачал головой. - Ты упрямая трусиха. Ничего более несовместимого я не встречал.
- А я не встречала никого более отвратительного, чем ты.
Рома усмехнулся.
- Как грубо.
- Дай мне уйти. - Произнесла она почти жалобно.
- Куда? На улице темно. Тебя надо проводить.
- Не надо. Я и сама дойду, я не боюсь.
- Не боишься волков?
«Даже волки не страшнее тебя».
- Отстань, - сказала она и, повернувшись, продолжила идти. Он догнал ее, взял за руку и повернул к себе.
- Не пойму, откуда ты такая, - шептал он, проводя шершавым пальцем по ее щеке. - Явно не сельская. Тут все узколобые кобылы, готовые сесть на первого встречного.
И хоть он не оскорбил ее прямо, слова его задели ее так сильно, что она не сдержалась: замахнувшись, она влепила ему затрещину.
И все вокруг перестало существовать.
Алёна, держа руку в воздухе, смотрела на Рому. Из-за того, что удар был неожиданным, он покачнулся и едва не упал. Мерцающий свет луны падал на его лицо, но и без такого освещения Алёна смогла бы заметить отразившийся в его взгляде гнев, вспыхнувший после ее удара.
В желудке у Алёны все перевернулось.
Ее ладонь пылала. Сердце замерло, она поняла: «Нужно бежать. Срочно бежать».
И когда она услышала рычание обезумевшего хищника, Алёна развернулась и понеслась прочь с молниеносной скоростью.
Но он оказался быстрее.
Алёна успела добежать до ивы на обрыве, с которого на тарзанке прыгали в пруд. Там Рома набросился на нее, словно гепард на хрупкую лань, и схватил за запястья, чтобы она не смогла его столкнуть.
- Помогите! - Прокричала она во всю глотку. - Спасите меня!
Но он сомкнул пальцами ее челюсть, а затем прижался губами к ее губам. Алёна вцепилась зубами в его нижнюю губу, и он, вскрикнув, ударил ее кулаком по лицу.
- Не надо, - взмолилась она, руками отталкивая его, - не надо! Не надо!
В панике Алёна перестала соображать. Единственная мысль, пульсирующая в ее голове, была: «Он меня изнасилует. Он меня сейчас изнасилует».
Рома разорвал подол ее платья. Она услышала его омерзительный смех, затем почувствовала, как руками он принялся водить по ее телу. Алёна попыталась ударить его ногой, но не получалось, он сдерживал ее своим телом, и она не понимала, как у него это получалось. Она не могла выбраться, у нее не хватало сил справиться с ним.
Нет. Лучше бы он убил ее. Лучше бы избил ее до потери сознания, бросил в пруд утопать, но только не это. Если бы он прикончил ее, ей не пришлось так долго мучиться. Но он собирался надругаться над ней. Он будет унижать ее, будет медленно причинять ей боль, заставлять страдать. А она ничего не сможет сделать...
Она стонала от боли, нанесенной его ударом в челюсть, и от его грубых прикосновений.
«Вот-вот, еще чуть-чуть, и я умру».
- Помогите мне! - Испустила она последний крик и зажмурилась, когда почувствовала...
Когда почувствовала облегчение. Кто-то стащил Рому с нее, и она свернулась клубочком от невыносимого страха.
Она услышала удар, потом еще, другой, а потом всплеск воды.
- Ублюдок, - прошипел кто-то.
Чьи-то руки приподняли ее и мягко встряхнули за плечи.
- Алёна, Алёна, открой глаза, детка, посмотри на меня.
Когда она узнала этот ласковый шепот, глаза ее инстинктивно распахнулись. Она увидела перед собой лицо Фёдора и, расплакавшись, обхватила его за шею.