ытство. - Вы его по телевизору видели, - пришел на помощь Волков. - Наш Вадик - настоящий поэт! Он песни пишет. - Песни? - Тамара Сергеевна ошарашено посмотрела на мужчину: - Неужели... Нет, не может быть! - Да, - скромно кивнул Вадим Андреевич. - Вы их непременно слышали. - «Черную орхидею», например. Или вот эту... - он ткнул вилкой в сторону распахнутого в осенний вечер окна. - «Не-не-не-не, не Таня Не-не-не-не, не Ксюша, И не-не-не-не Катя, - Зовут ее Феклуша!» - доносилось из караоке-бара нестройное, но очень азартное пение. - Боже, так Вы и вправду Вадим Нетленный?! - Тамара Сергеевна в восторге всплеснула руками. - Вова, почему ты молчал?! Мой зять - одноклассник самого Нетленного! - Я не знал... - промямлил Владимир Петрович, - мы давно не виделись. - Ох, Баранов, ты, Баранов! Как не стыдно! - тёща с укоризной посмотрела на Владимира Петровича. - Верочка просто с ума сойдет, когда увидит, кто у нас в гостях! Дочка моя, - пояснила она, обращаясь к Вадиму Андреевичу. - И Лушенька тоже... - Буду рад с ними познакомиться - Вадим едва заметно приподнял одну бровь, затем мило улыбнулся Тамаре Сергеевне и поднял бокал с вином: - За очаровательную хозяйку! - Ах! - Тамара Сергеевна буквально таяла под лучами испускаемой Нетленным славы. Владимир Петрович сосредоточенно ковырялся в тарелке, делая вид, что поглощен выбиранием куриных ребер из недр сочного мясца. Волков с удовольствием закусывал, иронично наблюдал за происходящим, и размышляя, к чему приведет весь этот затеянный Вадиком ситком. - Ой, я же совсем забыла! Меня Кристиночка просила зайти, по делу! - внезапно сорвалась с места Тамара Сергеевна. - Простите великодушно, Вадим Андреевич, я вас покину ненадолго. Она молитвенно сложила руки, и умильно посмотрела на Нетленного. - Возвращайтесь скорее, Тамара Сергеевна! - очарование Вадима Андреевича било фонтаном. - Нам будет очень не хватать вашего общества. - Ой, ну что Вы! - Тамара Сергеевна кокетливо поправила непослушную кудряшку, выбившуюся из тугой гульки. - Да вам, мальчики, и без меня поговорить найдется о чем. Так давно не виделись! Проказы школьные вспомнить... Правда Вова? Она грозно глянула на зятя, тоном выразив неодобрение по поводу полного отсутствия гостеприимства и радости на лице оного. - Вы, как всегда, правы, Тамара Сергеевна! - ответил за друга капитан Волков и продемонстрировал улыбку из разряда «гордость стоматолога». - Ах, школьные годы чудесные, - пропела Тамара Сергеевна, порхая к выходу с грацией обожравшейся бабочки. Она просто сгорала от нетерпения похвастаться соседкам звездным гостем, почившим своим присутствием их скромную квартирку. Дверь закрылась, и в комнате наступила неловкая гнетущая тишина, нарушаемая только бренчанием вилок о тарелки и обрывочными аккордами, доносящимися с улицы. - «Кр-р-расавыц видэл я нэмало сррэдди тусовок гарацких...» - затянул чей-то не слишком трезвый голос, и Вадим Андреевич поморщившись, вздохнул и отложил вилку. - Ну-с, Баранов, где мой коньяк? - его маленькие глазки в упор уставились на Владимира Петровича, едва не пригвоздив того к креслу. Баранов с ненавистью посмотрел на самодовольное холеное лицо Сисяя, и тяжело поднявшись, потащился к бару. Вадим Андреевич довольно усмехнулся, скрестил руки на груди и с удобно откинулся на мягкую спинку. - Костян, помоги, - хмуро бросил Владимир Петрович, вытаскивая из бара высокие, шоколадного цвета коробки с тяжелыми бутылками. Шарнирная красотка в кружевах ехидно наблюдала за процессом с верхней полки. - Давай, - Константин Николаевич, подмигнул знакомой куколке и начал принимать выигрыш. - Одна, две, три... десять! - Баранов с грохотом поставил последнюю коробку на стол перед Нетленным. - Доволен? Ноздри Владимира Петровича раздувались от злости - и на себя, и на Волкова, и на этого чмыря Сисяя. То есть он понимал, что Вадим ни в чем не виноват, скорее - наоборот. Да и Волков тоже... Но все равно ничего не мог с собой поделать - детская ненависть к Вадику Сисячко засела у него внутри так глубоко, что казалось, никакими когтями ее оттуда не выцарапать. - Вован... - Волков успокаивающе приобнял друга за плечи, и легонько подталкивая, усадил на место. - Отлично! - Вадим Андреевич потер ладошки, сверкнув массивными кольцами, и поднялся. - Ну-ка, что тут у нас? Он взял одну коробку и начал распечатывать, мурлыкая что-то себе под нос. - Ты что, думаешь, Вовчик Баранов решил тебе лажу подсунуть?! - возмущенно проревел Владимир Петрович, когда золотистая пробка чпокнула, поддавшись опытным пальцам с признаками регулярного маникюра. Ничего не ответив, Вадим Андреевич поднёс бутылку к носу и прикрыв глаза, неторопливо насладился дорогим ароматом. - Хорош... - Он любовно провел ладонью по изгибам толстого стекла, будто издеваясь. Волков упреждающе положил руку на колено Владимира Петровича, ощущая напряжение туго сжатой пружины, которая может лопнуть в любой миг. Не обращая внимания на витающую в воздухе угрозу, Вадим Андреевич потянулся к стоявшим на столе рюмкам и медленно наполнил их коньяком. - Давайте за встречу, а? - произнес он просто , переводя взгляд с одного удивленного лица на другое. - Мне так вас не хватало, ребята! Правда! * * * Вернувшуюся от соседей Тамару Сергеевну с порога встретили громкие мужские голоса и раскатистый хохот. Она осторожно приоткрыла дверь и заглянула в гостиную: мужчины что-то азартно обсуждали, оживленно жестикулируя. Горчичный пиджак Вадима Андреевича вместе с шарфом валялся на подлокотнике дивана, а сам он, вздыбив прилизанные волосы в седоватый ёжик, изображал некоего маэстро, стуча пальцами по несуществующим клавишам. * * * Легкий, но все еще теплый сентябрьский ветерок нежно перебирал чуть тронутые позолотой листочки раскидистой липы. Под деревом, оккупировав стол с двумя длинными скамейками, расположилась стайка подростков лет четырнадцати-шестнадцати. - Фёкла, как думаешь: для кого Нетленный песню написал? - парень в надетой задом наперед бейсболке тронул струны старенькой гитары, наполняя сквер знакомой мелодией. - Откуда ж я знаю? - откликнулась высокая миловидная девушка, поправляя складки модной клетчатой юбочки. Сейчас в ней никто не узнал бы то разгневанное существо, с которого началась эта история. - А вдруг для тебя? - спросил кто-то еще. - Имя же красивое такое! А других Фёкл почему-то нет... Все согласно закивали, возгласами подтверждая истинность слов. - Дураки! - засмеялась Фёкла. - Откуда бы ему про меня знать? Он же звезда! - А вон твоя мама идет! Фёкла проворно спрыгнула со своего «насеста», и помахав на прощанье приятелям, легко побежала по дорожке навстречу матери, даже не подозревая, какой сюрприз ей уготовила судьба.