— Понимал, — глухо отозвался оборотень. — И у нее это получилось.
Эддар отпрянул. Казалось, он был поражен.
— Вот как…
Джед резко выдохнул.
— Зачем рвать на себе шкуру? — зло выпалил он, на секунду забыв, с кем ведет этот неожиданный разговор по душам. — Зачем стараться привязать ту, что и так должна быть с тобой рядом? Мими сбежала от меня дважды, что доказывает: ее не устроит неволя.
Лицо леопарда приобрело застывшее выражение непоколебимой решительности, какое бывает только у каменных изваяний великих полководцев прошлого.
— Я посчитал, что свобода для нас двоих станет лучшим шансом все исправить, — признался он и добавил:
— Проблема в том, что я по — прежнему ее люблю.
В гостиной повисла минута молчания. Чуткий слух оборотней улавливал завывание ветра, скрипы и шорохи старого дома, а также приглушенные крики Катрин, мечущейся в подвале.
Вздохнув, король поднял руку, трижды похлопал оборотня по плечу и как ни в чем не бывало направился к секретеру.
— Готовься. В полночь к нам прибудет гость.
Моему пробуждению поспособствовал скандал.
Уж не знаю, что и с кем не поделила Памела, но орала соседка аки поросята в загоне. Нащупав под рукой первый попавшийся предмет, я не глядя швырнула в источник звука. Снаряд пролетел мимо цели (то ли я такая меткая, то ли вечно неповоротливая Памела в кои-то веки успела пригнуться), врезался в стену, отскочил и рухнул на пол.
Как ни странно, но промах возымел положительное действие, и в комнату пришла долгожданная тишина, а вместе с ней и тяжелейшее похмелье.
Кошачьи боги, как же хреново!
Клянусь, если я когда-нибудь вернусь в клан и встречусь со своими племянниками, то первым делом возьму с них честное кошачье, что они никогда-никогда-никогда не станут брать с меня пример. Да-да, вот так прямо и заявлю в очумевшие детские моськи:
— Котятки, ваша тетя тот ещё пример для подражания. В смысле, я, конечно, очень смелая, находчивая и удивительно живучая — тут ладно, тут вы смело можете на меня равняться, но в остальном никогда.
Хотя… лучше вообще не брать меня в качестве примера даже в случаях со смелой и находчивой. Потому что смелые и находчивые никогда не попадут в такую жо… в неприятности.
Жалобно застонав, я попыталась пошевелиться и насладилась всей полнотой гаммы чувств, приходящих после перепоя некачественными винами домашнего приготовления.
— Как же ты меня бесишь.
Судя по голосу, реально бесила. Я даже печально вздохнула. Вот иной раз стараешься, доводишь кого-то до бешенства, а он ну ни в какую. А тут и делать ничего не пришлось!
И как бы плохо мне сейчас не было, но женское тщеславие потребовало узнать неприятеля в лицо.
Реальность не порадовала. Во-первых, было темно, холодно и совершенно не соответствовало комнате в западной пристройке или апартаментам в «Черных когтях». Во-вторых, кошачья сущность как-то уж очень подозрительно молчала, не подавая признаков жизни. Вероятно, тоже отходила от алкогольного шока, ударившего по нашему неокрепшему организму. В-третьих, я ощущала в комнате чье-то присутствие, но хоть убей никак не могла понять, что за неясная тень притаилась в противоположном углу.
— Ты не заслужила такого кота, как Джед, — подала голос «тень». — Ты не заслуживаешь ни одного влюбленного в тебя мужчины.
— Вот чего я точно не заслуживаю, так это слушать с утра пораньше оскорбления в свой адрес. Да еще от всяких…
Окончание фразы оборвалось страдальческим стоном, потому что я предприняла титаническое усилие и осторожно села на постели. Голова тотчас превратилась в чугунный котелок, по которому дубасят палкой, в ушах зашумела кровь, а во рту возник крайне неприятный привкус подступающей тошноты.
Охнув, я обхватила голову руками, концентрируя сознание на скорейшую очистку организма от влитой в него пакости. Магия крови успешно взялась за дело, ускорив метаболизм. Боль немного утихла, зрение прояснилось.
— Постойте-ка. А ведь мы уже встречались, — невесть чему обрадовалась я, фокусируя взгляд на смазанном из-за полумрака силуэте. — Вы та самая женщина, что пыталась уговорить Лили поделиться с ней своими разработками. Я по голосу узнала. А еще… — Я изобразила проницательный прищур. — Подозреваю, что вы и есть тот самый кукловод, что заставил Маккалича напасть на Джерома. Для справки, я ненавижу, когда меня душат. Нет, не то чтобы это случалось так уж часто, но все же… В следующий раз, когда решитесь на очередную неудачную попытку отправить мне к кошачьим прародителям, то выбирайте иное средство…
А еще при долгожданной встрече с племяшками заставлю вызубрить правило: «Не беси взбешенную женщину». Моя соседка сделала несколько порывистых шагов, оказавшись в середине комнаты, и обожгла взглядом.
— Ты мне не нравишься, — последовало очередное заявление. — Тебе слишком везёт, а такие люди непроизвольно вызывают раздражение.
— Сказать по правде, у меня вы тоже не вызываете жгучего восторга, — фыркнула в ответ. — Но я-то не пытаюсь вас убить.
— Кишка тонка! — презрительно выпалила странная дамочка и вновь укрылась в своем уголке.
Ну да и ладно. Мне сейчас тоже не до разговоров.
Последнее, что припомнил пьяный мозг — лицо Джеда, сворачивающего мне шею. Потрогав многострадальную часть тела, убедилась, что все позвонки шейного отдела в первозданной целости и сохранности, там, где им и положено находиться.
Хм, значит, леопард мне привиделся в пьяном угаре? Но тогда, как я очутилась в этой странной темной комнате с злобно сопящей женщиной в качестве соседки?
На всякий случай просканировала тело на другие скрытые травмы, а то мало ли. Сколько случаев, когда оборотень в пылу сражения не замечал стрелы в плече или копья, навылет пробившего живот.
К счастью, неприятных сюрпризов не обнаружилось, зато пришло ощущение, что меня невесть как занесло в самый центр глобального побоища, и вот-вот протрубят сигнал «в атаку». Хуже того, запястья холодили два широких браслета из черного металла, подавляющих кошачью сущность, а вокруг кровати мерцал голубыми всполохами купол неизвестного заклятия.
«Как-то все очень паршиво», — невесело подумалось мне.
И, словно в ответ на эту мысль, дверь запела плохо смазанными петлями, впуская широкую полосу света и высокого мужчину. Мне не потребовались ни кошачий нюх, ни острота зрения, ни притяжение истиной связи, чтобы узнать в нем Джеда. Вот только бурного восторга появление оборотня почему-то не вызвало.
Подобравшись, я неотрывно следила за тем, как Джед с отстраненным выражением лица и глаз пересекает комнату, по щелчку пальцев снимает окружающий меня полог и протягивает руку.
— Идем. Тебя ожидают.
— Кто?
— Увидишь.
Не очень-то похоже на разговор двух влюбленных, верно?
С сомнением глянув на мужскую ладонь, критически оценила свое состояние и решила не ерепениться раньше времени. Сильные пальцы стиснули запястье, рывком подняли и повели к выходу. Я ошарашенно таращилась в спину Джеда и не находила в нем ничего, что так любила раньше. Где сила и нежность, которые мне так нравились в нем? Где страсть и трепет? Где, в конце концов, его шикарная улыбка, от которой золотистые глаза начинали лучиться?
Надо собраться и взять себя в руки! А то ещё немного, и я начну строить фантастические теории о злом брате-близнеце или магических экспериментах с подселением души в мертвое тело!
Я так сильно была взволнована случившейся с Джедом метаморфозой, что не почувствовала ни полный ненависти взгляд воровки бабушкиных секретов, ни позу затаившейся хищницы. Не издав ни единого шороха, женщина бросилась вперед, целясь в мое лицо и горло.