— Глошад?
Я кивнула.
После моего феерического возвращения на родной факультет старший наследник престола заперся в доме ректора и… Что происходило за закрытыми дверьми, никто так и не понял, но прилипшие к окнам учащиеся клялись, что крепкий с виду домик ходил ходуном, стонал от ударов и плакал разлетающимися осколками стекла. Я все пропустила, так как объяснялась с Джеромом.
— Ну все… — зловеще прошептал тот, узрев меня живой и относительно невредимой, и начал обнимать.
В тот день в моей классификации появилось определение нового эмоционального состояния, получившее кодовое название «так люблю, что придушу».
После нас собрали в классе и заявили, что в банде идиотов, давших клятву Джерому, появился новенький. Я так растерялась, что даже не знала, как реагировать на это заявление, а Глошад кивал, знакомился с ребятами и вел себя так, словно бы это не он дал слово Эддару посадить на престол Итона-Бенедикта. Кстати, тот тоже присутствовал при встрече и выглядел плохо. Так плохо, что я незаметно отделилась от остальных, подошла и заглянула в потемневшие от усталости глаза.
— Вы как?
Но тот лишь покачал головой, давая понять, что сейчас не место и не время, чтобы делиться личными переживаниями. А больше возможности поговорить у нас не случилось…
— Ноэми, ты слушаешь?
— А?
Маккалич наклонил голову. Свет лампы отразился от тонкого золотого ободка, придерживающего темные волосы декана.
— Я советовал тебе поторопиться, пока эту самую ванную не переоборудовали под цветник.
На чувственных губах Дерена заиграла улыбка, характерная для заговорщиков, в глазах застыло ожидание, присущее всем сводникам.
Мысленно перечислив основные факты: поход на чердак, цветник, ухмылка личного телохранителя младшего принца, мысленно взвыла и бросилась к лестнице.
Кошачьи боги, ну как же можно быть такой наивной?! Почему я сразу не догадалась, что миссия по призыву Халявы — это отвлекающий маневр! И вдохновил нас на этот поход не кто иной, как младший наследник Джером, чтобы подготовить сюрприз.
Ну если это блондинистое величество действительно заняло мою ванную под свои букетики, то я за себя не ручаюсь. Интересно, а в законодательствах есть мера наказания за хлестание будущего короля букетом по смазливой физиономии?
Надо бы заручиться поддержкой Шархая, который в случае чего соврет, что я была в состоянии аффекта. Жаль, что некогда.
— Да чтоб тебя… — простонала я, хватаясь за голову при виде собственной комнаты.
Принц подошел к делу с поистине королевским размахом и занял не только ванную, но и вообще все пространство комнаты. И говоря «все», я действительно подразумеваю ВСЕ!
Джером, застигнутый моим внезапным появлением, выронил венок из хвои, который крепил к люстре.
— Ну просил же… — тихо выдохнул он, спрыгивая со стула.
А мой взгляд метался между тремя пышными коробками с цветами, под которыми покоилась лабораторная по начертанию магических символов, вазой с бутонами эксклюзивных роз, которая стояла на стопке книг из закрытого фонда (зная вредный характер библиотекаря, я не рисковала даже открывать их без специальных перчаток), и кроватью, устеленной алыми, розовыми и белыми лепестками. Точно такое же ровное покрывало из лепестков устилало пол.
Пока я пребывала в шоке, Джером прокашлялся и встал на одно колено.
— Ноэми Вейрис, — торжественно начал принц Райвиль, — прошу вас…
— Какого хрена!!! — заорала я, сжимая кулаки.
Тайное собрание было прервано на самом неинтересном — присутствующие зашли в тупик. Поэтому, когда сверху донеслись звуки борьбы и клятвы парды «раскатать кое-кого в блин королевских размеров», мужчины синхронно подняли головы, глядя на потолок с чуть раскачивающиеся люстрой.
— Момент выбран крайне неудачно, — посетовал Алекс, качая головой.
— У паренька не было даже крохотного шанса, — заспорил Ши-Ван. — Парды гуляют сами по себе… И лишь по весне с котом!
Угрозы плавно перетекли в действие, и теперь подрагивала не только люстра, но и сам потолок. Судя по воплям, к участникам присоединились новые действующие лица, шум драки усилился.
— Весьма нетипичная реакция на признание в любви, — заметил профессор Тесме.
— Может, сходить разнять? — в задумчивости произнес Дерен.
— А зачем? Сейчас немного побесятся и остынут, — авторитетным тоном заявила Гуля.
Мужчины покосились на каменную горгулью, кончиком хвоста малюющую плакат с лозунгом «проснись и пой, профсоюз с тобой», и нехотя признали ее правоту.
— Вернемся к обсуждению? — предложил молчавший до этого ректор.
— А чего тут обсуждать? — нехотя начал Ши-Ван. — Мы в полной ж…
Окончание фразы затерялось во внезапной вспышке портала, и рядом со столом, заваленным чертежами королевского замка, возник высокий брюнет.
— Прошу прощения, — чуть запыхавшись, сказал Глошад.
— В чем дело, лгун? Не мог отделаться от слежки слепой няньки и дряхлого камердинера? — ехидно уточнил Ши-Ван.
— Хуже, — мрачно выдохнул принц. — Родители подсунули очередную ммм… компаньонку на ночь. Пришлось устроить погром с истерикой.
«Это тебе за комнату! Это за фаворитку! Это за то, что не понял с первого раза!» — донеслось сверху.
Глошад прислушался к воплям, потом хмыкнул и подался вперед, поворачивая разложенную на гладкой поверхности схему лицом к себе.
— Что решили?
Мужчины многозначительно молчали — признавать собственное интеллектуальное бессилие никому не хотелось.
— Ой, я тебя умоляю, Глошик! — воскликнула Гуля, бросив плакатик. — Этот, — кивок в сторону ректора, — столько времени провел на воде, что и не помнит, как драться на суше.
Итон-Бенедикт нахмурил брови и начал обрастать чешуей, но горгона лишь бесстрашно махнула крылом в декана и продолжила:
— Этот из всех помещений дворца только спальни фавориток и запомнил. Эти, — кивок в сторону профессора Тесме и Алекса, — без конспектов и двух слов связать не пробуют. Ну а этот…
Ши-Ван, на которого указывал кончик измазанного краской хвоста, недобро прищурился и потянулся к поясу, где был прикреплен нож. И Гуля решила не рисковать.
— Короче, сам понимаешь, — скомкано закончила она речь и перелетела на стол, поближе к старшему наследнику. — С ними каши не сваришь.
Глошад несколько минут сверлил карту глазами, затем отошел и забрал коробку с красками.
— По традиции, когда время прошлого короля подходит к концу, объявляется битва за престол. Королевский замок становится полем боя. И если смерть тысячи стражников — простая статистика, то смерть одного из принцев — настоящая трагедия. Вот почему в день битвы замок и прилегающая часть накрывается магическим куполом. Любой серьезно раненный боец немедленно переносится за купол, где ему смогут оказать помощь. Кровоточащая рана, пусть даже самая незначительная, полученная принцем, выводит из игры всю его команду…
— Спасибо за то, что повторил всем известные вещи, — буркнул Ши-Ван. — По существу есть чего?
Глошад поднял на рыжеволосого мужчину задумчивый взгляд, и всем присутствующим на совете стало немного не по себе.
— Да, про купол известно всем, — с ледяным спокойствием согласился старший наследник. — Однако мало кто знает, что сам замок также кишит ловушками.
Принц небрежным жестом откинул крышку с банки красной краски и принялся водить по схеме.
— Мне удалось вычитать из хроник, что в этих четырех залах находятся стандартные ловушки: стрелы, копья, несколько провалов… ничего интересного. В эти коридоры, — он зачеркнул два ответвления, — лучше вообще не заходить. В текстах упоминается что-то про темный сгусток тумана, который выпивает жизнь.
— Слуги тьмы… — прошептал Алекс, придвигаясь ближе.
Как и все остальные.
— Вот эта лестница под вопросом, — продолжил Глошад. — Есть упоминание, что три или четыре битвы назад ловушку повредили, и она перестала работать. Но четыре года назад лестницы перекрыли, якобы для строительных работ. Сомневаюсь, что за работами по реконструкции должен следить придворный маг… Вот в этой галерее оживают доспехи и, что совсем плохо, оружие…