— Да погоди ты! — одёрнул сержанта Пётр Иванович, подбирая с пола рассыпавшиеся бумаги. — Расскажи нормально!
— Иду я, и-иду я… и слышу шум… — прокряхтел Сидоров. — Я обернулся и увидел глаза…
— Какие ещё тебе глаза?
— Просто, глаза горящие…
— Ну, чего ты сразу! Может, это и не глаза вовсе, а гнилушки, или светлячки! А ты сразу — привидение!
— Да я сам думал… — не мог отдышаться Сидоров. — Но оно сказало: «Я тебя съем!» И я его осветил… Оно просто кошмарное, это — привидение!
И, как бы в подтверждение слов Сидорова, из подземелья раздалось загробное:
— Съе-е-ем!
— А ну-ка, я сейчас посмотрю, кто это тут хулиганит! — рассвирепел Серёгин, схватил свой фонарик и подскочил к дырке. Просунул голову и руку с фонариком внутрь и давай шарить лучом по подземелью! Ничего не увидел. Только в глубине коридора лежал и светил в сторону фонарик Сидорова.
Милиционеры ещё раз, уже вдвоём, спустились в злосчастное подземелье. Сидоров забрал свой фонарик. «Чёрта» не было. Снова сбежал. С помощью стога они вылезли назад.
— Странное дело, — сказал Серёгин, разглядывая план погребов. — Вот это — подвал, где мы с тобой были в первый день. — Пётр Иванович показал пальцем. Сержант смотрел чрез плечо.
— Ага, — кивнул он.
— А вот это — винный погреб. Видишь, вот тут — проход?
— Вижу.
— А теперь в подвале его нет. Где погреб? Замуровали, демоны. Да и вот этого прохода тут нет, а мы только что по нему ходили.
— И что теперь делать? — поинтересовался Сидоров.
— Что делать, что делать… — проворчал Пётр Иванович. — Может, придётся пробить парочку стенок.
— Пробить? А это можно? — изумился Сидоров и ещё раз с опаской посмотрел на страшную, зияющую дыру в полу, где обитал страшный и плотоядный призрак.
— Можно, ведь за ними скрывается преступник, — твёрдо ответил Серёгин. — Надо только найти лом, или кайло.
Глава 9. Филлипс и «Наташенька»
На следующую ночь агент Грегор Филлипс решил слазить на базу «Наташенька». Недавно там снова устроили воинскую часть, отремонтировали казармы, залатали забор и установили прожектора. Миновать воинскую часть для агента ФБР — просто ребячья забава.
Филлипс облачился в комбинезон цвета хаки, взял с собой кусок брезента, чтобы закрыть колючую проволоку и отправился «на дело».
Тихонечко, кустами, агент подкрался к спящей воинской части. Филлипс сразу же приметил местечко, куда не досвечивают вращающиеся прожекторы. Дождавшись, пока часовой скроется за поворотом, Филлипс выскочил из укрытия, подбежал к забору и накинул свой брезент на колючую проволоку. Ловко перепрыгнув через забор, агент упал на землю и затаился: услышал приближающиеся по песку шаги. Мигом Филлипс откатился в сторону и спрятался за какие-то наваленные грудой ящики. Часовой прошёл мимо и даже не оглянулся. Едва он ушёл, Филлипс выбежал из-за ящиков и, увёртываясь от лучей прожекторов, перекатываясь по земле и снова вставая на ноги, моментально пересёк открытый участок и спрятался за ближайшей казармой. Оглядевшись по сторонам и не заметив опасности, он посмотрел на маленький монитор своего наручного микрокомпьютера. На светящемся экранчике горел план расположения «Наташеньки», который Филлипс сфотографировал с документа Эммочки. Вход в подземную часть должен быть прямо под зданием комендатуры. Комендатура чёрным кубиком чётко вычерчивалась на фоне тёмно-сизого неба. Между ней и Филлипсом пролегло открытое пространство длиной метров в десять, пронизанное яркими лучами неспящих прожекторов. Выбрав удобный момент, Филлипс бегом преодолел это пространство, мигом оказался около комендатуры и собрался взломать дверь.
Внезапно кто-то налетел на него сзади, схватил и зажал рот ладонью. Филлипс попытался бороться, но неожиданный противник был настолько силён, что агент не мог даже пошевелиться. «Неужели, часовой?!» — пронеслось в голове у Филлипса, а в следующую секунду он потерял сознание.
Очнулся Филлипс в своём стареньком домике, на не расстеленной постели. Брезент, которым он накануне закрывал колючую проволоку, аккуратненько свёрнутый, лежал рядом с кроватью на табурете. Первые секунды Филлипс никак не мог вспомнить, что с ним случилось. Но потом — начал припоминать, что его кто-то схватил, когда он пытался влезть на базу «Наташенька».
Филлипс сел на кровати. Голова, вроде, не болит… Это значит, что его оглушили очень аккуратно, так, как мог бы сделать некий мастер боевых искусств. «Кто же это мог быть? — стал рассуждать Филлипс. — Если часовой — он бы сразу же поволок меня к командиру. А если выследил кто? Из своих же? Тоже нет. Те бы просто пристрелили и в Лазурном бы утопили… Странно. Я смотрел в оба, и слежки не заметил… А вдруг там, под землёй, на „Наташеньке“, кто-то есть?! — выдумав сию догадку, Филлипс перепугался и даже побелел от испуга. — И они выследили меня? Чёрт, ну и влип же я! Надо прятаться!». Филлипс решил сделать вид, что он съехал с дачи. Продаст он этот домик и переберётся в Мышкино. Перекантуется пока у Эммочки. Плевать на её глупые выпады и нотации!