— Он там, — чуть слышно прошептал Смирнянский и показал дулом пистолета на ближайшую к вездеходу дверь.
Смирнянский стал бесшумно подкрадываться к этой двери, освещая её фонариком и готовый в любую минуту выстрелить в того, кто из-за неё появится. Недобежкин потянулся следом за ним и вскоре они притаились у двери. Смирнянский прислушался: за дверью звенела мёртвая тишина.
— Входим! — шёпотом скомандовал он.
Недобежкин спихнул деревянную дверь ногой, Смирнянский ворвался, выставив перед собою пистолет. Его фонарик скользнул из стороны в сторону. Комната оказалась небольшая и пустынная, словно из неё всё вынесли. А ещё — в ней не было ни души. Недобежкин и Смирнянский глуповато застопорились посреди комнаты, не понимая, куда же делся тот, кто в неё зашёл?
Вдруг позади них, в коридоре завёлся мотор вездехода, а спустя секунду чудовищная машина сорвалась с места и уехала, светя восемью ярчайшими фарами. Высокие створки разъехались перед её носом и закрылись за её кормой.
Недобежкин и Смирнянский выскочили из пустой комнаты и стояли посреди подземного коридора, глазея вслед уехавшему вездеходу, на закрывшиеся створки двери.
— Смылся, — первым очнулся Недобежкин.
— И нам пора, — пробормотал Смирнянский. — Они здесь лазают, и этот вездеходчик может быть здесь не один.
Светя фонариком, Смирнянский едва нашёл углубление для ключа и открыл огромную дверь. Только они с Недобежкиным вышли из этого странного бункера в пещеру, как откуда-то из темноты раздался громкий хлопок и вылетела пуля. Пуля просвистела у носа Смирнянского и со скрежетом врезалась в стену пещеры. Смирнянский залёг на холодный пол, повалив Недобежкина, и сразу же выстрелил в ответ. Кажется, Смирнянский тоже промахнулся. Откуда-то справа раздались некие щелчки, словно бы у невидимого противника заклинило оружие, а потом — прилетела новая пуля и срикошетила о металл исполинской двери, выбив снопик искр.
— Чёрт, куда же он забился?! — проворчал Смирнянский. Скрывшись за каким-то выступом, он иногда выглядывал и светил фонариком вперёд, пытаясь разглядеть того, кто на них напал.
— Вон он, — подсказал Недобежкин, заметив в стороне силуэт человека, прижавшийся к отсыревшей стене. — Можно сзади обползти…
— Действуй, — разрешил Смирнянский. — А я пока отвлеку его на себя.
Смирнянский несколько раз стрельнул «за молоком» из своего раритетного пистолета, заставив противника отстреливаться. А Недобежкин улёгся на пузо и бесшумно пополз, обходя его сзади и одновременно примериваясь, как бы ему лучше его схватить.
Незнакомец прекратил стрелять в Смирнянского — наверное, потратил все патроны — и затих. Но потом — вдруг выскочил и ринулся в драку. Смирнянский не ожидал нападения и блокировал удар ноги незнакомца своим фонариком. Разбитый фонарик погас, и всё вокруг погрузилось в полумрак, рассеиваемый лишь фонарём Недобежкина, что валялся в стороне и светил на металлическую дверь. Смирнянский отшвырнул от себя агрессора, и тут же подскочил Недобежкин и скрутил его. Незнакомец сопротивлялся, пытался пинаться. Однако Недобежкин оказался сильнее и смог надеть на него наручники. Усадив поверженного преступника на сырой и грязный пол, он подошёл к уцелевшему фонарику и поднял его.
— Свет у нас есть, — сказал Недобежкин. — И карта — тоже. Как-нибудь выберемся.
— Потащили его к машине, — пропыхтел Смирнянский, подобрав свой «геройски павший» фонарик. — Чёрт, раскокал! — проворчал он, увидев, что починить фонарик уже нельзя.
Отшвырнув тот хлам, в который превратился его фонарик, Смирнянский подцепил с земли пистолет бандита и запрятал его в полиэтиленовый пакет. Засунув вещдок во внутренний карман неновой серой куртки, Смирнянский схватил пойманного под правую руку, а Недобежкин взял под левую.
— Давай, поднимайся уже, — потребовал Недобежкин от хнычущего бандита.
И так, вдвоём, они потащили вяло сопротивляющегося преступника наверх.
Глава 3. Недобежкин становится в тупик
Когда пойманный в подземелье преступник оказался выведен на свет, Недобежкин удивился: оказалось, что на них со Смирнянским решил напасть «народный бард». Выглядел он так же, как и все ему подобные: клочковатая редкая бородка, грязная кепка, засаленная майка, сэкондхендовские джинсы. Пропитые карие глазки скрывались за «антикварными» тёмными очками а-ля «шпион Белецкий». К тому же, этот «Паваротти» был не так уж и молод — наверняка, ему уже под сорок поджимало. Пока везли его в РОВД — Смирнянский раз десять задал ему один и тот же вопрос: