Вот тогда-то Артерран и решил снова пустить в ход гипноз, только в куда более широких масштабах, нежели впервые, с майором и солдатами. Именно с его помощью Генрих Артерран смог отодвинуть Гопникова в сторонку и вернуться на пост руководителя проекта «Густые облака». Гопников этот всё вертелся вокруг, всё пытался выудить информацию для Росси. Не исключено, что Росси тоже не дурак заполучить «прототип» — отхватил себе часть секретных документов, вычитал про «Густые облака» и решил заполучить для себя сверхспособности. Надо бы спихнуть этого ушлого типа куда-нибудь подальше от проекта, а то, как бы чего не вышло…
Генрих Артерран скрывался — по инерции, уже привык скрываться. Он удалил из своей лаборатории Гопникова и всех остальных, кого считал более, или менее опасными для себя. Оставил пару загипнотизированных, отуплённых и подчинённых помощников, да вчерашнюю студентку Эммочку — чтобы чистила клетки подопытных зверей. Да, насчёт зверей… Официально опыты проводили на мышах. На мышах! Ха! Поэтому у коммунистов и не получалось ни зги, что опыты они проводили на дурацких мышах! Какие могут быть мыши, когда Генрих Артерран собственноручно установил, что ДНК «прототипа» вступает в реакцию только с человеческой ДНК и с ДНК высших приматов?! Но раз они так хотят гуманизма и так ратуют за права человека, и раз у них не хватает денег на обезьян — хорошо, пускай будут мыши. На этом они прокололись, и пускай — Генрих Артерран никому не выдаёт свои тайны, и в его отчётах пускай будут мыши.
Приматов Генрих Артерран закупал за собственные деньги, и держал эти закупки в тайне, сжигая все документы на них. Ему нужно было много приматов, потому что у него на подходе был революционно новый образец — «Образец 307». Самый совершенный, универсальный образец, который изменит весь ход проекта. Только вот, слишком уж дорого стоят эти приматы. После изгнания немцев Артерран прикарманил немного награбленного золота, да и от великих предков унаследовал порядочно… Но всё равно, бюджет-то не резиновый! Да и с ДНК приматов образцы плоховато реагируют… Люди нужны, люди, Гомо Сапиенс! Иначе — провал…
С тех пор в деревне Верхние Лягуши и появился чёрт. Генрих Артерран посылал своих подневольных рабов посещать по ночам ближайшие колхозы и охотиться на тех, кому не сиделось дома. «Полуночников» хватало — они и поступали в категорию подопытных для Генриха Артеррана и получали порции образцов. Многие при этом мгновенно умирали, что означало промах. Но другие выживали и давали дьявольскому экспериментатору новую почву для исследований.
И вот теперь, когда на подходе был триста седьмой образец — Артерран заподозрил, что Гопников всё равно под него роет. Какой-то он странный стал в последнее время, этот Гопников — вроде бы и не лезет в его дела и в то же время… И куда это, интересно знать, он лазает по ночам?
Однажды ночью Генрих Артерран проследил за Гопниковым. Оказалось, что последний пошёл на завод «Хозтехник», который снабжал базу «Наташенька» техническим оснащением и втайне от всех заказывал там некие детали. Генрих Артерран решил дискредитировать Гопникова — и приказал похитить станочника, который вытачивал детали для Гопникова и приёмщика, который их принимал. Но Гопников всё равно как-то отбоярился и остался на «Наташеньке» — видимо, его поддерживают какие-то мощные структуры… Надо бы отделаться от него совсем.
Застойные восьмидесятые подходили к концу — шёл декабрь восемьдесят восьмого. Двадцать четвёртое декабря, канун Рождества. Да, именно в этот день Артерран обнаружил, что его заклятый друг Гопников попробовал один из промежуточных препаратов между триста шестым и триста седьмым образцами. Первой мыслью Артеррана было в тот же день убить Гопникова. Но тут же его посетила интересная идея: а возможно ли вывести ДНК «прототипа» из человеческого организма? То есть, существует ли антидот?
Генрих Артерран мог бы выделить для экспериментов с антидотом какого-нибудь местного жителя. Однако с подопытными в те времена было туговато: пропажами людей всерьёз заинтересовалась местная милиция, они вызывали следователя… А вдруг информация о том, что Генрих Артерран экспериментирует на людях, попадёт куда не следует? Артерран хотел сохранить эксперименты на людях в тайне, старательно писал отчёты про мышей… Нет, лучше пока никого не красть, а сделать подопытного из Гопникова. Да, правильно, дёшево и сердито. И следователь ихний ничего не найдёт и уберётся. Поэтому Генрих Артерран и спустил Гопникову то, что он попробовал препарат, а не потому что не узнал об этом.