Коридор тянулся-тянулся, но потом — на пути возник завал. Огромные каменные глыбы, массы земли, какие-то железные обломки — всё это лежало посреди коридора тугой, спрессованной массой и не давало пробраться и мышке. Росси остановился и вперил в Сэнди вопросительный взгляд.
— Не беспокойтесь, — заспешил Сэнди. — Оно и было завалено. А лаборатория там, слева.
Сэнди показал налево, в серый сумрак, и Росси различил в нём узкую дверь без опознавательных знаков.
— Пройдёмте, — Сэнди вытащил из кармана самый обыкновенный ключ и отпер им эту «волшебную дверцу».
Нет, та комната, что оказалась за дверцей никак не вписывалась в понятие «секретная лаборатория» так, как воспринял бы это понятие Росси. Тусклый свет, покрытые мхом углы, старинный пожелтелый кафель… Нет, больше на заброшенное метро похоже, или на старую тюрьму. Из мебели Росси заметил пару колченогих стульев, косой трёхногий стол и неказистую, разлапистую подставку для цветов, на самой макушке которой стояла кофейная чашечка.
— Свалка… — недовольно выплюнул Росси, узрев свою «секретную лабораторию», и двинулся дальше, в её подёрнутую зеленоватой дымкою мрачноватую глубь.
Воздух был неподвижен и тих, лишь неизвестно откуда доносились некие неясные звуки, какие, обычно, бывают в заброшенных зданиях, или на старых кораблях: какие-то призрачные шорохи, скрипы, полязгивания. Кому-нибудь могло бы сделаться жутковато, но только не Росси, который давным-давно научился пропускать мимо восприятия всякие «рулады духов». Он переступил через небольшую груду бесформенного металлолома и попал в достаточно просторный зал, освещённый несколькими настольными лампами. Кроме этих ламп тут стояли столы — из списанных, наверное — так старо и расшатано они выглядели. Среди этих столов торчал некий шкаф, а из-за шкафа долетела песня. Нет, не песня, а так, мычание под нос: «Мя-мя-мя, ня-ня-ня…». Росси притих и на цыпочках подкрался к шкафу. Заглянув за него, он увидел, что около одного из столов, у компьютера, топчется некий тощий субъект, одетый в мешковатый белый халат. Это он мычал песенку и вместе с тем переливал какие-то жидкости из пробирки в пробирку.
— Профессор Олдриджс, — шепнул за спиной Росси Сэнди.
Профессор Олдриджс даже не обращал внимания на то, что к нему пришли гости. Он продолжал увлечённо колдовать над пробирками, щёлкать клавишами компьютера и мычать своё: «Мя-мя-мя, ня-ня-ня…». Профессор Олдриджс… Стоп, Росси знал этого Олдриджса — в шестидесятых, или в семидесятых он работал в ГОГРе… Олдриджс тогда ещё не был профессором, но уже выделялся: долговязый, тощий, расхлябанный и до чёртиков увлечённый генетикой. Олдриджс повсюду таскал за собой аквариум с рыбками и порой забывал собственное имя из-за того, что его мозг был переполнен идеями и формулами. Да, Олдриджс был одержим: он всё пытался создать то Ихтиандра, то Спайдермена… А из-за его расхлябанного вида можно было сказать, что он и в науке ничего не стоит. Однако это мнение было бы в корне ошибочным. В науке Олдриджс был гений, ему до Нобелевской премии оставалось буквально, пять минут. Но потом он попал под суд. Ведомый нездоровой тягой к новым и новым экспериментам по изменению человеческого генотипа, Олдриджс похитил шестилетнего мальчика и запер в подвале своего дома. Кажется, он пытался пересадить ему жабры, или напичкать каким-то зельем — точно неизвестно. Но в дело вмешалась полиция и быстренько нашла незадачливого похитителя. Олдриджса таскали по судам почти что, целый год, а потом — он пропал. Росси думал, что его упекли на пожизненное, или ещё хуже — казнили, ведь мальчишка впоследствии умер. Но — нет, Олдриджс жив и колдует теперь над его проектом.
Да, он не изменился, этот чокнутый профессор: на столе около компьютера стоял его любимый круглый аквариум, в котором медленно кружились два вуалехвоста. Олдриджс по своему давнему обыкновению в упор никого не замечал. Он то колдовал над пробирками, то хватал аквариум и принимался кружить по импровизированной лаборатории и разговаривать со своими глупыми немыми рыбами.
— Олдриджс! — Сэнди хлопнул профессора по плечу. — Вы хоть, помните, что я вам говорил?
— А? — пискнул Олдриджс и от неожиданности так вздрогнул, что едва не выронил свой аквариум на компьютер.
Сэнди, видимо знал о такой особенности профессора и поэтому подхватил стеклянный шар снизу, подал его Олдриджсу и предупредил:
— Осторожнее.
Олдриджс поправил на длинном носу смешные круглые очки, пригладил топорщащуюся во все стороны рыжую с проседью шевелюру и завёл бодрую лекцию: