Коля бежал по коридору, и стремился только к одному: быстрее добраться до тамбура. За ним летел топот и рычание: конвоиры не желали выпускать его и гнались, топая толстыми ногами. Всё, вот и тамбур! Николай разинул дверь и нырнул за неё. В тамбуре было темно по сравнению с вагоном, Коля на секунду потерялся в темноте. Но нет, медлить нельзя — надо отдраить дверь, выбраться наружу и спрыгнуть с поезда!
— Вы куда? — это в тамбуре внезапно нарисовалась проводница.
Она застукала Колю как раз в тот интересный момент, когда он почти уже справился с замком наружной двери.
— На кудыкину гору! — злобно рыкнул Николай, отпихнув от себя эту обрюзгшую эвглену, которая вздумала оттаскивать его назад.
Проводница шлёпнулась на спину, заплескала ножками, а Николай рванул на себя синюю тяжёлую дверь, и она с треском распахнулась, впустив в тамбур вихрь ночного воздуха. Да, снаружи было темно, хоть выкалывай глаз. Мимо проносились некие леса, высоченные сизые ели… Ночное небо, лишённое луны, полыхало огромными звёздами. Скорость была головокружительной, насыпь — высокой, каменистой. Стоит Коле спрыгнуть — он превратится в форшмак… А если не спрыгнет — то его превратят в форшмак насильно. Вон они, уже набились в тамбур, и проводница снова лежит в углу и плещет ножками…
Коля выбрался из вагона и полез по его железной стене вверх, на крышу. Прохладный ураган, наполненный запахами ночи, свистел в его ушах, грозясь сорвать с той хлипкой опоры, за которую он сейчас ухватился. Это была некая железка, что выступала из корпуса вагона. Николай почти не различал её в темноте, однако его руки вцепились в неё намертво. Коля подтянулся и закинул на крышу правую ногу. Порыв ветра принёс с собой свист пули, а Колин глаз заметил, как в тёмное небо рванулась огненная вспышка. Они в него стреляют!
Коле удалось закинуть на крышу и вторую ногу, он подтянул тело и улёгся животом на холодный металл. Руки теряли чувствительность, лёгкие рвала одышка, мозги прошибала тупая истерика, ведь Коля ни разу ещё на ездил на крыше вагона!
Эй, что это там скребётся внизу? Сквозь грохот металла и свист ветра Коля различил… Этот звук! Конвоиры карабкаются за ним. Николай нашёл в себе силы глянуть вниз и увидел оскаленную физиономию усача, что неумолимо и быстро приближалась к нему. Чёрт! Сейчас схватит!
Николай не понял, что произошло с ним в эту экстремальную секунду. Он просто вскочил на ноги и побежал по качающейся, как палуба корабля, крыше вагона вперёд, к тепловозу. Ноги несли его сами, а сознание, кажется, отключилось, потому что Николай не чувствовал больше ни единой эмоции. Он ничего не слышал, кроме свиста и грохота и ничего не видел, кроме маячащих впереди огней тепловоза. В темноте он запнулся за что-то и полетел носом вниз. Вихрь сорвал его с вагона, швырнул куда-то в разверзшуюся пропасть… Колина рука рассекла воздух и поймала некую железную скобу. Коля зацепился за неё, задержав падение, ударился с размаху о вагон и повис над головокружительно мчащимися рельсами и бушующими колесами, что, крутясь, высекали искры. Дыхание перехватило, сил не осталось. Он не мог подтянуться, не мог влезть обратно. Коля так и остался безвольно висеть, чувствуя, как немеют пальцы. Скоро он не сможет держаться и сорвётся…
Впереди обозначились некие препятствия — туннель, что ли, или мост — поезд стал слегка притормаживать. И тогда Коля сорвался.