Верхнелягушинский чёрт издал короткий сиплый рык и совершил прыжок. Покрыв метра четыре за один присест, он оказался прямо перед Сидоровым и поднял свою полупрозрачную призрачную руку, намереваясь схватить сержанта за шею. Сидоров отскочил в сторону, и в тот же миг Пётр Иванович нажал на курок, выпустив пулю в лоб чудовища. Верхнелягушинский чёрт совершил нечеловечье – он шевельнул своей конечностью, и пуля Серёгина остановилась, зажатая его длинными пальцами.
- Чёрт! – выдохнул Серёгин, отступив на шаг назад.
- Да, я чёр-р-рт! – чудище испустило леденящий рычащий вой и стало приближаться, тяжело топая ногами, которые на вид казались невесомыми. – Дрожите, смер-р-р-ртные, ибо я вас съем! – чудище издало такой звук, словно бы щёлкнуло зубами. Оно разжало пальцы – или щупальца? – и отпустило пойманную пулю. Маленький кусочек свинца звякнул о металлический пол.
Пётр Иванович выронил пистолет, а ноги Сидорова сами собой заработали, желая совершить побег. Но сержант пересилил эти свои трусливые ноги, ринулся вперёд и схватил за рукав Петра Ивановича, выдернув его из самых когтей верхнелягушинского чёрта.
- Ой-вой-вой! – Пётр Иванович как будто бы пришёл в себя, сбросив пелену некого сна, и потопал вслед за убегающим Сидоровым. Вдогонку им нёсся жуткий демонический голос чёрта:
- Вы в аду, в аду, вы не выйдете, и я вас съе-ем!!!
Пётр Иванович и Сидоров потеряли из виду Недобежкина и Ежонкова, да и лысый «чертёнок» тоже куда-то сгинул. Они бежали туда, куда вёл их ход, но внезапно путь им преградил ужасный чёрт. Он взялся из ниоткуда, словно бы вырос из-под земли, и отбросил назад Сидорова, который на бегу едва не налетел на него. Сержант покатился кубарем, сшиб с ног Серёгина, они забарахтались на полу небольшой кучей малой. Верхнелягушинский чёрт сделал большой шаг, приблизившись к ним и плотоядно сверкая Горящими Глазами, излаял своим нечеловеческим голосом:
- Вы нарушили мой покой, и поэтому-у отправитесь в ад! В ад! – повторил обитатель геенны и надвинулся на вжавшихся в пол милиционеров.
Пётр Иванович словно бы проглотил язык – до того бессловесным сделал его мистический страх пред тем, кто вылез из тартара. А Сидоров тихо плакал, лёжа лицом вниз. Никогда ещё ни Серёгин, ни Сидоров не испытывали такого ужаса, какой пронзил их сейчас, когда неведомое существо приготовилось убить их. Холодеющие мурашки разлились по спинам холодным потом, зубы сами собой выбивали частую дробь, такую, которую выбивает барабанщик, когда кого-то ведут на эшафот…
Вытянув вперёд длинные руки с острыми и скрюченными пальцами, верхнелягушинский чёрт навис над жертвами…
- Серёгин! – откуда-то из темноты раздался голос Недобежкина, а затем – вынырнули два круга электрического света.
Спугнутый демон резко метнулся вправо, а потом – словно провалился сквозь землю и исчез.
====== Глава 36. Ушедший да вернется. ======
Эммочка занималась тем, что уже второй час на ощупь ковыряла замочную скважину шпилькой для волос. Она крутила её и так, и эдак, но замок не хотел сдаваться и держал в распроклятой клетушке-карцере её и её несчастного соседа. Сосед Эммочке не помогал – он только сидел в углу и хныкал о том, что схлопотал амнезию.
- Хорошо, что ты не схлопотал пулю! – оскалилась Эммочка, разозлённая этим пессимистичным мягкотелым хныканьем. – Ты хоть знаешь, где завис, бакланчик?
- Нет, – честно признался тот и пошевелил своими ногами.
- В пекле! – «обрадовала» его Эммочка и начала крутить свою шпильку ещё яростнее. – Не удивлюсь, что ты в скором времени начнёшь ботать по-бараньи, братишка!
- Вы… моя сестра? – глупо пробубнил Эммочкин сосед.
- Ахь! – рыкнула Эммочка и с досады на глупость этого слизняка едва не зашвырнула шпильку куда подальше. Однако вовремя опомнилась и не стала лишать себя единственного ключа. – Это я образно сказала, в переносном смысле, вдуплил?
- Чего? – буркнул сосед. – Какое дупло? У вас в зубе, что ли, дупло? Или… у меня?..
- Уххь! – Эммочка от злости аж сжала кулаки. – «Вдуплил» – это значит «понял»? Варишь?
- Мы что, на кухне? – выдал отупевший от заключения сосед. Наверное, он сидит здесь достаточно долго, раз так отупел.
Эммочка лишь зло плюнула и не стала больше разговаривать с этим «попорченным», а принялась воевать с замком. Замок «стоял на смерть» – шпилька никак не могла сокрушить его мощь, заставляя Эммочку тихо беситься.
- Черти! Черти! Черти! – разразилась она, проиграв эту «неравную битву» и от нахлынувшей ярости развернулась, как следует и хорошенько, со всей бешеной силы саданула непокорную дверь ногой.
А дверь-то оказалась хлипкая, будто гнилая. Она вылетела легко, словно фанерка, и шлёпнулась на пол.
- Хы-хы! – довольно хыхыкнула Эммочка и опустила ногу. – Идём, слимачок!
Высадив дверь, Эммочка из тёмной каморки попала в некое просторное помещение, лишённое мебели, но снабжённое работающим кондиционером, а так же – неким металлическим люком в полу.
- Хм, – хмыкнула Эммочка, соображая, где же они с её непутёвым товарищем по несчастью могли бы находиться. – Ну, ты выходишь? – крикнула она этому самому товарищу, когда поняла, что не знает, где находится.
Товарищ не спешил покидать темницу и всё сидел там в прострации, занятый бесцельным созерцанием макрокосма.
- Ползи давай! – поторопила его Эммочка.
А когда и после этого деморализованный и какой-то отупевший «секретный узник» не подумал выползать из заточения на свет, она отправилась к нему в лишившуюся двери каморку и принялась выволакивать соседа под мышки.
- Топай, топай, топай… – кряхтела Эммочка, но упорно пёрла этого неудачника на себе. – И сдался же ты на мою голову… Ой! – она не удержала его и уронила на пол. – Тяжеленный, как слоняра! Подрывайся, давай!
Эммочка пихнула вяло барахтающегося и стонущего «мистера Икса» носком ботинка. Тот хныкнул и попытался подняться на шаткие некрепкие ноги. Наверное, Гейнц держал его на «голодной диете» – «мистер Икс» пошатнулся влево и тяжело привалился к стене.
- Всё, попёрли! – подогнала его Эммочка. – А то сейчас Гейнц припрётся и таких карасей нам навешает – костей не соберёшь!
- Какой Гейнц? – пролепетал «мистер Икс», не желая отрываться от стенки.
- Великий и ужасный! – рыкнула Эммочка и подпихнула соседа в спину кулаком. – Давай, переставляй копытца и вперёд!
«Мистер икс» сделал несколько валких шажков, постоял немножко на месте, а потом – мелкими зигзагами двинулся куда-то, где брезжил некий неясный и призрачный свет. Эммочка решила, что там, где свет – там выход из подземелья, и можно, наконец, покинуть вотчину «великого и ужасного» Гейнца и оказаться там, где ходят живые люди. И поэтому она, не раздумывая более ни секунды, набрала скорость и двинулась вслед за своим качающимся товарищем по несчастью. Товарищ двигался медленно, словно какой-то брюхоног, поэтому Эммочка обогнала его немного, и прорвалась в авангард. Световое пятно приближалось – выход уже близко, сейчас, несколько шагов – и она на воле. Эммочка приготовилась вдохнуть полной грудью воздух свободы. Она сделал большой шаг, и… заклинилась на месте. Там, куда они так уверенно и быстро шагали – никакой свободы не было и в помине. Свет испускала электрическая лампа, которую пристроили на какой-то бывший шкаф. А в свете этой лампы, как два подземных духа, шныряли некие типы. Эммочка прижалась к прохладному металлу стены и затаила дыхание – а вдруг они услышат её? За Эммочкиной спиной шумно шаркал «мистер Икс».
- Чёрт! – испугалась она. – Стой! – Эммочка в один бесшумный прыжок оказалась рядом со своим непутевым соседом и толкнула его к стенке. – Прячься!
- А? Что? Зачем? – он так громогласно взлаивал, что Эммочка зажала ему рот.
- Цыц! – прошипела она. – Он здесь!
«Мистер Икс» наверное, хотел спросить: «Кто?», но зажатым ртом смог прошамкать только:
- Ммм?
- Сиди здесь, если не хочешь отправиться назад! – прошептала Эммочка и силой усадила недотёпу на пол.