- Вопросы есть? – это он за Таинственным Голосом повторил, который звонил ему по телефону.
- Нету, – быстро ответил Серёгин и положил трубку.
«Вопросы есть?» – Пётр Иванович уже слышал где-то эту поговорку. Ну, конечно, же! – это Тень у Кашалота так спрашивал!
- Саша! – выкрикнул Пётр Иванович, поражённый внезапной догадкой.
Сидоров вздрогнул, и выпустил из рук журнал кроссвордов и толстую, неважно пишущую ручку.
- А? – отозвался он.
- Саша, знаешь, что сказал мне Зайцев по телефону? – снова выкрикнул Пётр Иванович.
- Нет, а – что? – удивлённо пробормотал Сидоров.
- Он спросил у меня: «Вопросы есть?». А помнишь, как этот Тень в «Доме Кофе», тоже, у Кашалота так же спросил? А у Зайцева и интонация была такая же!
- Ну, я видел Зайцева, – сказал Сидоров. – Он не похож на того чувака – «Тень». Зайцев – рыжий...
- Нет, я не говорю, что Тень – это Зайцев, – замотал головой Серёгин. – Просто, я думаю, что они знакомы. И Зайцев случайно за ним повторил, понимаешь?
- Ага, – закивал Сидоров. – Надо разобраться ещё, кто он такой, этот Зайцев. И знаете, что я думаю?
- Что?
- Что Ярослав Семёнов не погиб, а его тоже похитили, а тело – не его, – Сидоров попробовал расписать на настольном календаре свою толстую ручку, но она писала через раз и царапала бумагу. Возможно, она когда-то упала «носом вниз» и шарик забился в стержень.
- Возможно, что ты прав, – согласился Пётр Иванович. – Только нужно это доказать. А тут только генетическая экспертиза поможет. У меня есть знакомый эксперт... Выкинь ты её! – вставил Серёгин, увидев, как сержант елозит ручкой по календарю (ручка-то была одноразовая; она Сидорову досталась в подарок от акции в магазине «Амстор»).
- Придётся, – вздохнул Сидоров и пошёл к мусорной корзине.
- Но, тело уже похоронили, наверное, раз дело – в суде, – сказал Сидоров, отправив свою ручку в мусор.
- Нет, тело тут не обязательно, – возразил Пётр Иванович, разглядывая не догаданный Сидоровым кроссворд. – Достаточно и автомобиля. На нём обязательно должны сохраниться частички генетического материала со сгоревшего тела. Если нам удастся выбить эту машину... Она, наверное, на свалке... Но нам нужно ещё что-то от настоящего Ярослава Семёнова. Волосы, например – они, тоже ДНК содержат. Нужно съездить к Семёновым.
Пётр Иванович бросил кроссворд на стол и встал.
- Едем прямо сейчас, – сказал он, выходя за дверь.
...В доме Семёновых было шумно, людно. Собралась вся семья – даже старенькие родители Георгия и Ярослава приехали из Новосибирска (а самого Георгия не было!). Настроение у Семёновых было никудышнее. Все – в шоке, в трансе, в ауте... Лопочут что-то про «безвременную кончину» и «бесчеловечного убийцу за рулём». Пётр Иванович старался разговаривать с ними как можно корректнее, чтобы не обидеть их чувства. Но Семёновы больше жаловались, чем отвечали на вопросы. Если они сейчас в таком состоянии, то чего смог от них Зайцев добиться тогда?!
- Нет, не осталось у нас его волос, – причитала Ирина Семёнова. – И рубашечки мы все уже постирали... А вы, правда, думаете, что Яричек живой?
- Вполне возможно, – кивнул Пётр Иванович. – Мы думаем, что тело в машине – не его. Только без генетической экспертизы это никак не докажешь...
На этот раз Пётр Иванович и Сидоров ушли от Семёновых не солоно хлебавши. Шли, хмуро, глядели в асфальт. Пётр Иванович угрюмо открыл дверцу служебной «Самары» и угрюмо уселся за руль. Сидоров был не менее угрюм.
- Да, здорово Зайцев всё подчистил, – ворчал Сидоров, разглядывая проносящиеся за окном деревья. – И не подгребёшь никак!
- Да, – вздохнул Пётр Иванович. – Если так и дальше пойдёт – придётся собирать все волосы в их доме, и сравнивать ДНК со всеми членами семьи и знакомыми, чтобы выбрать те, которые могли бы принадлежать Ярославу...
====== Глава 71. Личные интересы. ======
Георгий Семёнов переживал, но не из-за гибели брата. Ведь жена Ярослава, Ирина, обалдевшая от горя, почти бесплатно передала ему его пакет акций «Триест» АТП. Ну и что, что выложил каких-то там триста тысяч долларов – это одинаково, что квартиру купил! А этой курице, всё равно, компания не нужна: у неё образование – торговое училище! Теперь Георгий Семёнов стал владельцем и второй доли компании. Ярослав при жизни назвал её «Триест» АТП – чтобы не иметь ничего общего с предприятием брата. Хотя, как – стал? Стал бы, если бы не передал все акции ЧП «Луч» и «Триест» АТП – совсем бесплатно – тому, кто называет себя Тенью. Георгий Никанорович «Кашалот» (именно, он и был Кашалотом) даже не помнит, как подписывал те злосчастные документы, но он лишился всех скважин «Луч», и всех заправочных станций «Триест», не получив за них ни копейки. Доходы Кашалота сразу же упали в десятки раз. Хорошо ещё, что сеть ресторанов «Наша кухня» осталась за ним! Хотя, наверное, этот Тень охотился только за «Лучом» и «Триестом». Однажды, проезжая мимо одной из своих бывших заправок, Кашалот увидел, что теперь она называется «Росси – Ойл». «Так вот, чьих это рук дело!» – догадался он и поехал прямо в Донецкое представительство корпорации. В холле до сих пор продолжался ремонт. Кашалот прошёл через этот развороченный холл, переступая через какие-то палки и камни, обходя ковыряющихся повсюду рабочих.
- Вы куда? – спросил его охранник.
- К директору! – злобно выплюнул Кашалот, оттолкнув его. – Пропустите!
- Вы записаны? – пискнул охранник, оставшись за толстой спиной Кашалота.
Но Кашалота не интересовал этот писк. Он двинулся к прозрачному лифту, который работал, не смотря на ремонт. Проигнорированный охранник вызвал подкрепление. Откуда ни возьмись, появились другие охранники – человек пять. Они быстренько догнали и скрутили Кашалота.
- Как ваша фамилия? – бесстрастно спросил первый охранник.
- Семёнов, – прохрипел толстый Кашалот. – Георгий Семёнов.
- Сейчас я о вас доложу.
Охранник вытащил из кармана служебный радиотелефон и позвонил Фёдору Поликарповичу.
- Семёнов? – переспросил тот. – Ладно, впустите его, а то, всё равно, не отстанет!
Кашалота отпустили.
- Ну, и сервис, – буркнул он, снова направившись к лифту.
- Сервис – в магазине, – заметил охранник. – А тут – международное предприятие.
Кашалот ворвался в кабинет Мезенцева, как ракета, едва не сокрушив дверь. Директор от неожиданности аж к стенке прижался. А Кашалот подскочил к столу Фёдора Поликарповича и принялся стучать по нему обоими кулаками, заставляя подпрыгивать монитор компьютера, и кричать:
- Я вам покажу, как облапошивать людей, вы, каталы!
- Простите... – пролепетал Мезенцев, ещё больше прижимаясь к своей стенке.
- Не прощу! – рявкнул Кашалот. – Вы украли у меня бизнес, ворюги! Подайте мне сюда этого вашего Теня́, я ему сейчас в лобешник накостыляю! По стенке размажу, ей-богу!
- Простите, – повторил Мезенцев. – Но у нас таких нет...
- Как это – нет?! – оскалился Кашалот. Казалось, что он вот-вот слопает Фёдора Поликарповича, как настоящий кашалот.
- Ну – нет... – прошептал Мезенцев. – Ничем не могу помочь...
Кашалот ещё раз стукнул по столу Мезенцева кулаком, а потом опёрся о столешницу своими ручищами и уставился на директора выпученными от ярости глазами.
- А такой, хитрющий, противный, как крокодилина?! Чёрный такой, как крот – разве, не у вас работает?! – гневно вопросил Кашалот, задыхаясь от своего гнева и лишнего веса.
- Простите, но вы описываете невразумительно, – Фёдор Поликарпович взял себя в руки и тоже надвинулся на наглого визитёра. – Имя, фамилия? Я должен знать, кого вызвать!
Кашалот скривился, будто выпил уксуса.
- Те-ень, – простонал он, опускаясь в кресло для посетителей. – Чтоб его пара́лич скрутил!..
- Давно бы так присели, – заметил Мезенцев. – Но у нас нет никого с фамилией «Тень», или с другой похожей фамилией. Вы, наверное, ошиблись, господин Семёнов.
- А мой бизнес? – не отставал Кашалот. – Вы стырили мой бизнес...
- Прошу не оскорблять нашу корпорацию, – бросил Мезенцев. – Что значит – «стырили»? Мы вам не «негробанк», чтоб «тырить»!
С этими словами Фёдор Поликарпович вызвал охранников. Те снова заломили Кашалоту руки и выпроводили – теперь уже, на улицу.