Машина с откидным верхом пахла мужским одеколоном, будто это вовсе не машина студентки. Восхищённо рассматривая каждый миллиметр салона машины, россиянка забылась и перестала слушать то, что говорит ей Криситана.
— …и вот сегодня я решила съездить туда. Ты не против?
Растерявшись, Воскресенская вылупилась на брюнетку и с сожалением улыбнулась. Неудобно получилось, а по взгляду её Крис всё поняла.
— Я говорю, что мне подруга посоветовала ту кондитерскую возле парка Бисентенарио, — она медленно начала выезжать с парковки и направляться к выходу.
Для обстановки Кристиана включила музыку. Дороги в Мехико непривычно ровные, а водители хуже русских — только девушки выехали в город, так их сразу подрезал какой-то мужик. Да уж, мексиканцы действительно пылкие. Кристиана же даже не обратила на это внимание — хохотнула и надавила на газ.
Ехать им предстоит около двадцати пяти минут, за всё это время Алиса немного поспала и покопалась в машине. Удивительно, что здесь нет особо личных вещей, будто это машина в аренду. Лишь парочка влажных салфеток в бардачке и зеркальце. Но запах точно был мужской, даже чем-то похож на запах у Николаса. А может это просто паранойя уже.
— Это машина моего брата, — вдруг выдала Кристиана, видимо, понимая вопросы в рыжей голове. Удивление на лице Алисы читалось явно, потому и продолжила, — Мы близнецы. Он учится в нашем университете — ты его точно видела. Он с Николасом постоянно ходит. Иногда мне кажется, что это они близнецы, а не мы.
— Ого…
— Да, его Кристиан зовут. Если кратко, то Крис, а я прошу не сокращать своё имя, чтоб мы не путались. О, мы уже приехали!
Машина остановилась возле нескольких зданий, среди которых была розово-бежевая кондитерская с вывеской “Golosinas”. Внутри много свободных мест на мягких пуфиках и диванчиках, столы стеклянные, на каждом столике были украшения из сухоцветов и ламп, пахло выпечкой и кофе. Вспоминались старые подработки Алисы в качестве бариста. Эта ностальгическая волна ввела в шар тревоги и тоски, что захотелось прям здесь и начать плакать. Встретила их пожилая женщина с улыбкой и круглыми очками на переносице. Витрина наполнена десертами, а сзади женщины стояла кофемашина. Из десертов чего только не было и выглядело всё очень аппетитно! Муссовые десерты, сдобная выпечка и многое другое — глаза разбегаются. Кристиана начала выбор с напитка, пока Алиса пыталась рассмотреть ещё и цены. Да уж, недёшево здесь.
— Что будешь? — Подошла к ней брюнетка и указала на весь ассортимент. Названия десертов сливались в единое пятно, поэтому Алиса ответила то, что первое пришло в голову:
— Эклер. На твой вкус. И американо.
Уставшая студентка посмотрела на кофемашину и выдохнула так, словно это ей сейчас делать кофе. Когда Кристиана сделала заказ, обе сели за столик на мягкие стулья. Стол находился в углу за высоким растением, будто они скрывались от несуществующих лишних ушей в кондитерской. Небольшое помещение, обустроенное как для семейных посиделок, так и будничного места для работы за ноутбуком. А свидания здесь какие можно было бы устраивать! Очень романтично было бы вечером приехать сюда с любимым человеком и отведать вкуснейшей выпечки.
Любимый человек…
Здесь их у Алисы нет любимых. Нет близких или родных. А чего ещё она ожидала, разрывая жизнь и начав её заново? С шестью тысячами долларов она переехала в Мехико, не оповестив никого о своих планах. В голову ударяют воспоминания того, как она мучительно бегала с визой и переводом из университета. И Денис в те моменты подозревал её в измене. Куда же ещё могла пропадать его девушка? А мама на неё ругалась: “Куда ты собралась?”, “неужели ты нас бросишь?” и фирменное “Неблагодарное поколение!”. Сестрёнка Лиза видела то, как Алиса убежала из дома с чемоданом и села в машину. Хоть сама старшая сестра не в курсе, но Лиза со слезами на глазах наблюдала то, как её родной человек обрывает свою старую жизнь.
Интересно, а они объявили об этом в полиции? Ищут ли? А может Ангелина и Настя уже рассказали всё как есть. Она не будет зла, если они расскажут, скорее даже будет рада, что семья в курсе того, что дочь не убита и не похищена. Хотя им ли не плевать? Может лучше бы её похитили, чем она сама добровольно убежала из дома?
— Ты плачешь? — Кристиана уже пять минут наблюдает за молчаливым монологом спутницы и заметила, как у неё подступают слёзы. Красные глаза поднялись на неё и девушка шмыгнула носом.