— М-м-м… Никогда не любил дремать, но, думаю, это как-то связано с тобой, — пробормотал он, снова прижимаясь ко мне.
Я промолчала, не доверяя своему голосу в данный момент. Он поцеловал меня в шею, затем приподнялся на локте, чтобы посмотреть на меня, но я отвернулась.
— Эй, ты в порядке? Тебе больно? — Он взял меня за подбородок и повернул лицо так, чтобы я посмотрела на него. — Что случилось?
— Что это? — Я подняла руку, и его взгляд упал на кольцо на моей руке.
— Кольцо.
Я выдохнула и села, отодвигаясь к краю кровати. Но он притянул меня обратно к себе:
— Это обручальное кольцо, Беатрис. Тебе не нравится?
— Мне… Мне оно нравится. Оно великолепно.
Он широко улыбнулся моему ответу.
— Но зачем, Габриэль?
— Потому что мы помолвлены. Помнишь?
— Нет. Мы не помолвлены, — я сложила руки на груди. — Мы только говорили об этом, а ты даже не спросил меня. Ты просто надел его мне на палец, когда я была без сознания. Так романтично, — Габриэль хихикнул, и я бросила на него свирепый взгляд.
— Забудь об этом. Это не имеет значения: всё фальшивка. И кольцо, вероятно, тоже. — Я откинула от себя одеяло и начала вставать, но Габриэль снова притянул меня к себе, нависая надо мной.
Его лицо помрачнело. Он поднял мою руку и посмотрел на кольцо.
— Оно принадлежало моей матери. — Он провел пальцем по кольцу. — Мой отец сделал его на заказ для нее. Это был её любимый цвет. И когда ты упомянула, что синий цвет тоже твой любимый, я подумал, что это судьба, — его глаза встретились с моими, и на губах появилась призрачная улыбка. — К тому же оно идеально подходит.
— Но почему бы не использовать фальшивое кольцо?
— Ты самая странная женщина, которую я когда-либо встречал, — Габриэль поцеловал меня. — Еще минуту назад ты не хотела, чтобы оно было фальшивым, а теперь спрашиваешь, почему не поддельное? — Он покусывал меня за подбородок, а затем перешел к шее.
— Мне кажется неправильным носить что-то с таким сентиментальным смыслом, а мы с тобой… Мы… Мы просто…
— Мы просто кто? — спросил Габриэль.
— Ты сам сказал, что это для того, чтобы сбить с толку врагов моего отца. Но мне кажется, это не работает. И хотя между нами есть… взаимная симпатия, мы, похоже, также проявляем все худшее друг в друге, даже несмотря на то, что ты и так был довольно плохим с самого начала. И ты не из тех, кто любит отношения. Давай не будем забывать, что я даже не в твоем вкусе…
Габриэль прервал меня поцелуем. Он прижался губами к моим губам, и когда я поддалась поцелую, захватил все мое внимание. Его рука обхватила мое лицо, когда он отстранился, а его губы задержались на моих, и затем он прижался ко мне лбом.
— Я знаю, что сказал, Беатрис. Но с тех пор, как я встретил тебя… Ты завладела моими мыслями, моими снами. Каждый божий день ты у меня на уме и… в моем сердце тоже. — Его глаза искали мои, когда он снова посмотрел на меня. — Я не могу сосредоточиться, потому что думаю только о тебе. Я правда не знаю, как это случилось. Я никогда не думал, что буду испытывать к кому-то такие чувства. Я пытался игнорировать это или находить оправдания. — Он взял меня за руку, сплетя наши пальцы вместе. — Когда они пытались забрать тебя, я понял, что мои чувства к тебе не были мимолетными. А потом я увидел Лео над тобой… Я уже давно ничего не боялся, но тогда я испугался, что потеряю тебя. — Он засмеялся, но это был грустный смех. И когда он посмотрел на меня, я увидела его глаза, покрасневшие и полные слез, и мое сердце сжалось. — «Я люблю тебя, Беатрис Бьянки. Я знаю, что не очень хорош в роли парня или романтика, но я не хочу, чтобы эта помолвка была фальшивой. Я хочу быть с тобой каждый день до конца своей жизни».
Я притянула его лицо к себе и поцеловала в глаза, почувствовав на своих губах его слезы.
— Я не хотела признавать, что влюбилась в человека, который казался мне злодеем, Габриэль. Но ты помог мне почувствовать себя в безопасности — так спокойно, как я не чувствовала уже давно. Честно говоря, с тех пор, как я встретила тебя, моя жизнь стала еще более безумной. Но… ты не можешь всерьез говорить о свадьбе. Мы знакомы всего несколько месяцев, и то, что произошло между нами, так ново и…
— Ты любишь меня, Беатрис?
— Да, — мои глаза расширились от этого признания, а его лицо озарилось самым очаровательным образом. — Я… я правда люблю тебя, Габриэль. Но мы едва знаем друг друга. Розетта явно ненавидит меня. А что подумает мой отец? О Боже, у моей мамы, наверно, случится сердечный приступ! — Мои мысли понеслись вскачь, представляя все, что скажет, подумает или сделает моя мать, когда узнает об этом.