— Она по-прежнему вспыльчивая, — комментирую я, пытаясь осмыслить услышанное.
Рубен тихо смеётся.
— О да, без сомнения, но теперь она как будто сдерживает себя. Она самый сильный человек, которого я когда-либо встречал. Может, ей не всегда бывает легко, но она не сдаётся. Ты должен восхищаться тем, что она живёт одна, после всего, что произошло, и всё равно каждый день выходит на работу. А её работа… — он качает головой. — Её работа привлекает внимание, и, конечно, слухи быстро разлетаются.
Рубен замирает и вздыхает.
— О, боже мой! — его взгляд устремляется к барной витрине.
Беатрис танцует и поёт на вершине барной стойки. Толпа вокруг подбадривает её, но я замечаю, что несколько человек снимают её на телефоны.
Чёрт.
Несколько прохожих устремляются внутрь.
— Здесь так весело! — замечает одна из них.
Я иду следом, пробираясь сквозь толпу, но танцующие мешают мне пройти. Они подпевают песне “Love Shack”, а Беатрис зовёт нескольких девушек к себе, чтобы спеть и потанцевать вместе с ней. Когда песня заканчивается, зал взрывается радостными криками.
Беатрис машет толпе и говорит в микрофон:
— Какая замечательная публика! — она смеётся, лучезарно улыбаясь людям. — Но давайте на минуту опустим веселье… поговорим о личном. — Она понижает голос, делая его глубоким и тягучим, и по толпе прокатываются смешки.
— Следующая песня для всех моих девушек, которых когда-либо бросали, предавали или вытесняли из жизни. Для тех, кто не оказался «той самой». Мои девушки-дублёры, где вы? — Женщины в баре поднимают радостный гул, кричат и свистят. — Знаете что? Это касается и мужчин, почему бы и нет? Я права? — мужчины тоже шумно приветствуют её, некоторые стучат кулаками по столам. — Йоу! Большой Майк, ты знаешь, что делать!
Я следую за её взглядом и замечаю массивного мужчину с длинной бородой, спускающейся до его внушительного живота. Он показывает Беатрис большой палец и запускает песню на музыкальном автомате.
Она закрывает глаза, начинает покачиваться в такт и выводит первую строчку:
— В моём сердце разгорается огонь… — Женщины радостно визжат и подбадривают её. Меня удивляет, насколько у неё хороший голос и как уверенно она держит мелодию, несмотря на явное опьянение. Она танцует вдоль барной стойки, приглашая толпу подпевать вместе с ней, когда начинается припев.
— Рубен. — К нам подходит здоровенный бармен. — Давно не виделись, брат. — Они обмениваются крепким рукопожатием и короткими объятиями. — Если бы я знал, что она не грустит из-за чего-то серьёзного, я бы просто наслаждался её выступлением. Она всегда любила петь для публики, — говорит Майк, наблюдая за Беатрис. — Ты в курсе, что произошло?
— Понятия не имею, — признаётся Рубен. — Но уверен, что узнаю по дороге домой.
— Она сегодня видела Лео… с его невестой. — Оба мужчины бросают взгляд на меня, но я продолжаю смотреть, как Беатрис поёт и танцует.
Майк скрежещет зубами.
— Этот сукин сын женится? И хватило наглости водить Беа за нос полтора года?
Рубен тяжело вздыхает.
— Два года.
— Два года! — Майк бьёт кулаком по стене, и гипсокартон трескается. — А потом случается вся эта мерзость, и он не выдерживает и сбегает?! Если я хоть раз увижу здесь его тупую рожу, я за себя не ручаюсь.
Когда песня заканчивается, Беатрис падает обратно в толпу, и люди ловят её, аккуратно опуская на пол. Если бы я не знал того, что знаю сейчас, я бы подумал, что она самый счастливый человек на свете. Она улыбается, раздаёт «пять» всем, кого проходит, и даже успевает сделать пару селфи с окружающими, складывая пальцы в знаки мира.
— Рубиновый вторник! — она весело вскрикивает и, хихикая, подбегает к нам, запрыгивая на Рубена.
Тот, смеясь, едва удерживает равновесие:
— Беа-а, почему ты веселишься без меня?
— Ты работал, помнишь? — отвечает она, когда он аккуратно ставит её на землю. — Но теперь ты здесь, и это главное. Только зачем ты притащил с собой мистера Сварливые Штаны? — Беатрис наклоняется к Рубену, делая вид, что шепчет, но её шёпот звучит громче обычного голоса.
— Я пришёл проверить, как ты. Слышал, ты здесь.
— Да я в порядке, видишь? Я со всеми своими друзьями, — она с кривой улыбкой смотрит на меня.
— Да? А кто твои друзья?
— Ну давай посмотрим… Вот Билл, но все зовут его Тренер, потому что он без ума от футбола и знает о нём всё. Вон Джон-Джон, Салли, Яблочко-Бобби — с ним лучше в дартс не играть, Мона, она раньше была рокеткой, Джимми, Кейси, Дилан…