Вот только ни о какой сказке и речи идти не может.
Вместо запаха свежей выпечки, перебиваемого ароматами соли и цитрусов, в воздухе витал запах крови и пота, с нотками ещё не успевшего выветриться пороха, а в конце «путешествия» нас ждал не рай, а очередная битва за выживание.
Если и сказка, то писали её явно братья Гримм.
Пройдя по борту около ста метров, я всё таки добрался до капитанской рубки, куда и поднялся.
За штурвалом стоял весьма потрёпанного вида мужчина лет тридцати. Выпирающий живот, крепкие сильные руки, волосы уже слегка покрашенные сединой.
— Кагеяма? — окликнул я его.
— М? — бросил он взгляд через плечо. — А, Ватанабэ-доно… Прошу прощения, но я сейчас не могу отвлечься. Без электронного навигатора довольно сложно выдерживать курс…
— А его починить не можешь? — позволил я проявить себе каплю любопытства.
— Слишком сложная техника, — пожал он плечами, возвращая взгляд на курс.
Я уже плюс-минус понимаю как работает его сила. Он способен напитать предмет своей «маной», после чего чувствует его строение и структуру, в которую способен вмешиваться… В определённых рамках, разумеется.
Помимо ремонта сломанной техники, он способен на что-то вроде Элриковской алхимии. Может превратить ком грязи в камень определённой формы, а сам камень, после этого, в железо. Круто? Ещё бы! Вот только затраты энергии там такие, что этот самый «железный камень» ему придётся трансмутировать неделю — не меньше.
А вот восстановить пробитые тразисторы и конденсаторы — вполне в его силах… Как и вернуть технике работоспособность в условиях нового мира.
Бесценный человек.
Я даже задумывался над тем, чтобы вызвать его на «дуэль» и скопировать шаблоны. Там может быть что-то действительно интересное.
О, кстати, а чего я гадаю?!
Очки Оценщика переместились из инвентаря на глаза.
** ** **
Охотник — Кагеяма Дзюн
Класс опасности — «F»
Награда за убийство — 142 ОВ
Характеристики:
Сила — 20
Скорость — 12
Прочность — 21
Энергия — 41
Особенности: Охотник уникальной специализации. В бою практически бесполезен, если не имеет времени на подготовку. Навыки ремонта. Навыки крафта. Навыки распознавания. Избранная способность — реструктуризация. При применении способен изменить структуру предмета. Высокие затраты «маны».
Шаблоны:
— Выделение предмета;
— Выделение материала;
— Изменение свойств;
— Изменение структуры;
— Особый Эффект «Трансмутация»;
— Уникальная Черта «Крафт».
** ** **
Ух ты! Особый эффект!
До сих пор я такие видел только у Такаши!
Плюс, до кучи, есть какая-то Уникальная Черта! Такого я вообще не видел!!!
Я конечно знал, что Кагеяма у нас очень хорош, но… Не думал, что настолько. Более того — Крафт! Получается, этому типу можно сдать материалы эволюции и он сможет из них что-то сваять? Было бы круто!
— …Понятно, — ответил я, унимая возбуждение и возвращаясь к разговору. — Сколько нам ещё плыть?
— Думаю, при удачном течении, ещё часов пять, — задумчиво ответил он. — Но мне сложно сказать… Я, конечно, одно время работал капитаном лёгкой яхты, но так далеко не ходил.
— Ну ладно. Не подскажешь, где мне найти Соитиро?
— М-м… — как-то скомкано пробурчал мужчина. — Такаги-доно… Ему сейчас нездоровится. Не уверен, что он хочет кого-то видеть.
— Он сам меня пригласил.
— …Тогда, вам нужно в капитанскую каюту… Или в бар.
— …Всё так плохо?
— …
Молчание было весьма красноречивое.
— Ладно, не буду больше отвлекать занятого человека… Удачи, — кивнул я мужчине и развернулся.
— И вам того же, Ватанабэ-доно, — донеслось мне в спину.
Итак… Бар, или каюта?
Почему-то первым захотелось проверить именно бар… Туда я и пошёл.
Найти нужное место было не сложно — он располагался на главной палубе и был совмещён с кафе. У двери стояло двое бойцов, не пускающих никого внутрь.
Даже так…
Меня они, разумеется, пропустили. Может таково указание самого Соитиро, а может и влияние моей репутации… Не важно.
Тихий гул двигателей. Мягкое покачивание палубы, от которого ряды бутылок в баре слегка подрагивали, наполняя помещение стеклянным звоном. За стойкой — ни души.
Такаги был здесь. Один.
Перед ним стояла бутылка вермута — уже на половину пустая. Стакан, наполненный до краёв, но не тронутый. Его пальцы сжимали хрусталь так, будто хотели раздавить в пыль, но не могли… Не из-за слабости, а потому, что даже в этом он видел какую-то бессмысленную дисциплину. Не хотел ломать «казённое имущество».