«Интересно…», — подумал я, чувствуя как затухают в теле фантомные остатки ощущений. — «По ощущениям, моё тело корёжило во все стороны… Как я умудрился её не разбудить?».
Объяснение только одно — вся та боль была куда глубже телесной, а в моём восприятии лишь находила некие параллели с болью тела.
Симбионт смог освободить от клетки моё сознание, тогда как тело, каким-то образом, Система всё ещё удерживала на месте… Эй, ты не хочешь пояснить что за фигня случилась?!
…
Ну да, пошёл я нахер, разумеется…
С силой протерев глаза, я встал со своего футона и потянулся. Тело Нового Человека не затекает. В мышцах не скапливается напряжение, да и в тонус они приходят мгновенно, но… Я всё равно потянулся. Чтобы хотябы попытаться сбросить испытываемые мной фантомные ощущения.
— Ты всё, Мамору? — с интересом покосился на меня Кота, сидящий у того же окна, что и Саэко.
— Да… — криво улыбнулся я, вспоминая весь спектр испытанных ощущений.
Это что же… Теперь при каждой ассимиляции новых способностей такое будет???
Я же с ума сойду… А, точно, не сойду! Система услужливо предоставила мне Особенность, из-за которой это невозможно!!!
Фу-у-ух…
— Ты в порядке? — обеспокоился Хирано.
— Что-то вроде, — отмахнулся я. — У нас чисто?
— …Абсолютно, — с некоторым скрипом переключислся на другую тему парень. — Это даже немного напрягает…
— В смысле? — нахмурился я.
— Зомби пропали с улиц… А мы ведь за пределами той «мёртвой зоны».
«Мёртвой зоной» я обозвал тот участок пути, на который твари совсем не стремились попасть. При этом я глупо хихикал, прогоняя в голове концепт «мёртвая зона для мёртвых зомби».
— Потом разберёмся, — отрезал я.
Фантомные недомогания сходили на нет, а меня начало угнетать… любопытство.
Но эксперементировать внутри помещения — не лучшая идея. Не даром в формировании способности присутствовал шаблон Хаоса.
— Я выйду на улицу. Испытаю новую силу.
— Хорошо, — кивнул Кота. — А можешь… там, — он махнул рукой в просматриваемую из окна область. — Мне любопытно.
— Да без проблем, — ухмыльнулся я, одним движением забираясь на оконную раму.
Миг, и я уже лечу вниз с высоты четвёртого этажа. Земля с силой ударила меня в ноги, но никаких особых неудобств я не ощутил.
Бросив взгляд вверх, увидел любопытное лицо Хирано, слегка высунувшееся из окна.
Ну-с… Что бы такого сделать?
Попробуем начать с чего-то безобидного.
Свет в этой точке теперь преломляется. Хочу радугу!
Мир в нескольких метрах от меня вздрогнул. Полотно реальности пошло трещинами, открывая микроскопические разрывы из которых начала выступать некая… энергия.
Хаос.
Осознание было мгновенным и чётким. Будто некое шестое чувство распознало вкус и звук новой энергии.
Разрывы почти тут же закрылись, а неподатливая энергия начала формировать разноцветный поток света.
Я с некоторым любопытством подошёл ближе.
Края «радуги» помаленьку, едва заметно, расплывались — реальность стремилась стереть то, чего тут не должно быть.
А если так…
Теперь в воздухе парит водная взвесь, преломляющая свет под нужным углом.
Воздух передо мной задрожал, будто в жару над асфальтом. Вот только водное марево тут же начало собираться в капли, повисшие в воздухе будто на нитях невидимой паутины.
Ага…
Влажность здесь теперь девяносто пять процентов.
Температура точки росы — ровно на грани конденсации. Неизменная.
Микроскопические потоки воздуха поддерживают капли в подвешенном состоянии.
Реальность не сопротивлялась — она принимала новые правила. Как будто так и должно быть. Капли задрожали и рассыпались на крохотные частицы. Водяная пыль стабильно висела в воздухе, а утренний свет, пробивающийся сквозь облака, создавал идеальную радугу.
Но это ещё не всё!
Теперь эти капли не испаряются. Их размер постоянен.
Форма облака — полукруг, радиусом два метра.
Я откуда-то знал, понимал как нужно сделать правильно, чтобы творимый мной реалкинез закрепился. Вписался в законы мира.
Я ведь никогда не знал принципов работы радуги и всего такого, но… Сейчас, когда я творил, необходимые знания, будто бы сами появлялись в голове. Хм… Может это и есть эффект от использованного жетона?
Сейчас уже не узнать… Главное — это полезно. Пусть и… больно.
Я с силой втянул воздух носом, не давая пролиться каплям крови, которые, как я чувствовал, норовили покинуть мой организм. В горле появился привкус железа.