До травмы Настя училась в институте на социолога.
- Звонили из деканата опять, - говорила Настина мама, - предлагают восстановиться в институте и продолжить учёбу дистанционно. Мне кажется, надо соглашаться, как считаешь?
- Угу, - с отсутствующим видом неопределённо промычала Настя. Видно было, что мысли её далеко и вряд ли она на самом деле слышит, что говорит мама.
- Угу-угу, Настён, ну выше нос! Ты ещё побежишь в институт своими ногами. И Анна Васильевна так думает.
Не дождавшись Настиного ответа, Слава посмотрел на неё в зеркало и увидел, что чёрные глаза полны слёз, одна из которых уже оставила мокрую дорожку на бледной щеке.
- Ну прекрати, Настя, не при посторонних же, - мама взяла Настю за руку, но та продолжала сидеть неподвижно, как мраморная статуя. Только на щеках всё прибавлялись дорожки слёз. - Зайка, смотри, почти приехали. Сейчас поднимемся, чайку попьём... Да что такое, - досадливо покачала Настина мама головой, прижимая к уху телефон, - сосед трубку не берёт, предупреждала же охламона, чтоб ждал.
- Я помогу, - внезапно охрипшим голосом вмешался в разговор Слава, и в первый раз за всю поездку чёрные Настины глаза поднялись, встречаясь в зеркале с его голубыми глазами. – И если ещё надо будет что-то, в магазин там сходить или починить чего, тоже сделаю, - сказал он уже этим тёмным как октябрьская ночь глазам.
Прошло несколько лет. Слава, как обычно после работы, забежал в магазин, чтоб закупиться по списку продуктами. В тихом дворике старого спального района шелестели листвой старые тополя.
- Куда ты столько фруктов то купил? Я тебе написала, парочку на свой вкус. Они же дорогущие, - проворчала жена, глядя, как он выкладывает на стол гранат, груши, виноград, персики, бананы и даже экзотическое ярко-жёлтое манго в мягкой сеточке.
- Ешьте-ешьте, вам витамины нужны, - Слава нежно кивнул на её заметно округлившийся живот.
- Знаешь, я сегодня после завтрака мыла посуду и думала, - сидя за столом, Настя задумчиво отщипнула виноградину от заботливо вымытой мужем кисти. – Как так получилось, что ты именно на меня обратил внимание? Никто ведь не знал, что я поправлюсь. Мог бы всю жизнь с инвалидом промучиться. Неужели так понравилась?
- Очень, - Слава обнял жену и чмокнул в макушку, - ну не пошла бы своими ногами, я б тебя на руках всю жизнь носил.
- Ой, не верю я в это бескорыстное благородство, - Настя обняла мужа в ответ, - скажи уж сразу, что на квартиру позарился. У тебя то несчастная однушка, а у нас вон, двухкомнатные хоромы.
- Конечно, - сразу согласился Слава, - я как квартиру вашу увидел, сразу разработал план по обмену тёщи на себя на этой царской жилплощади. Как там, кстати, мама, сильно страдает в моей жалкой однокомнатной берлоге?
- Да нет, довольна вроде, с соседями познакомилась, интеллигентные люди, говорит. Представляешь, у них там поэтические вечера. А если серьёзно, - Настя взяла мужа за руку, - ты не знаешь, из какой ямы ты меня тогда вытащил. Мне ведь жить не хотелось совсем, думала, жизнь моя закончилась.
- Ну что ты, милая, жизнь нас ждёт долгая, а иногда даже дорога дальняя на моря заморские. Это я тебе как не как прорицатель, но как любящий муж говорю, - Слава обнял жену покрепче и подумал, что держаться за своё обретённое счастье он будет двумя руками, и никакими клещами никто и никогда не вытянет из него ни одного слова про безумную старуху на парковке и про то, что иногда случается с людьми тёмными октябрьскими вечерами.
Конец