Чудесный чаек Маркеша делал свое дело.
Асешахан Штормовой Шквал вернулся домой, когда напившаяся чаю и нахрустевшаяся всякими вкусняшками Леся с помощью подаренной поваром водилки благополучно вернулась в свою комнату и завалилась спать.
На ювелирные украшения, шикарный букет бледно-лиловых неизвестных девушке цветов и блюдо с красиво разложенными миниатюрными пироженками она даже внимания не обратила. Все, чего ей сейчас хотелось, это уснуть.
Сырое покрывало и промокшее одеяло Леся с кровати стянула на пол и, завернувшись в сдернутую с балдахина шторку, провалилась в сон.
Вернулся домой Асеш, к своему глубокому сожалению, не один. Приняв приглашение и отправившись с визитом, он понятия не имел, что встретится там с родной матушкой. С некоторых пор она загорелась идеей внуков и просто утомила его, пытаясь свести сына с подходящими, с ее точки зрения, кандидатками.
В интригах и словесных пикировках Эшантории Вьюжной Метели не было равных. Дракон и сам не понял, как разговор повернулся так, что он вынужден был пригласить матушку погостить. А драконица в свою очередь, нимало не смущаясь, пригласила составить ей компанию нескольких прелестниц из хороших семей.
В общем, в отличие от Мусиной, настроение перед сном у Асеша было просто отвратительным.
— Это еще что такое? Кто посмел?
Едва войдя в свои покои, он моментально почуял неладное. Как и у всех драконов, память на принадлежащие ему вещи и на их местонахождение у него была отменная. Про то, что у него теперь есть рыжая жиличка, он на мгновение забыл после утомительной трескотни мамули с его потенциальными невестами. Еле спихнул их на попечение Хлюпсарии, чтобы разместила в комнатах для гостей, и рванул к себе успокаиваться. Успокоился, называется...
— Ночная рубаха и ремень для дуэльного меча? — определяя, что пропало, и проверяя магией защитный купол дворца от незваных гостей, ничего не понимал он. — Какая между ними связь?
Но стоило войти в комнату омовений, которая для любого водного дракона почти сакральное место, как что-то начало проясняться. Настроение, правда, лучше не стало при виде мутноватой воды в бассейне, незакрытого и опрокинутого, видимо в спешке, флакона с полиролем для чешуи. В вытекающем содержимом пузырька, как насекомое в янтаре, переливался огнем длинный ярко-рыжий волос, прилипший к мозаичному бортику купели.
— Мало мне дракониц, еще и эта человечка! — вырвался у него яростный рев, гулким эхом отразившись от стен. — Ну, посмотрим, как эта пигалица будет выкручиваться! Как она вообще посмела сюда прийти!
Отросшим когтем он подцепил рыжую улику и магией убрал беспорядок.
Вода снова стала кристально прозрачной, а все переставленные как попало тюбики и баночки, полотенца и щеточки заняли свои положенные места.
Только вот предъявлять женщине, захапавшей его жемчужное сокровище, внезапно стало нечего. Волосок в руке дракона вспыхнул пламенем, опалив жаром пальцы.
И как водится, это было не просто так. Сгорел не только волосок. На миг очнувшись от опаляющего жара и задыхаясь от дыма горящей кровати, полыхала сама Олеся.