– Если не возражаете, – сказала Кристал.
«Вот ведь подлая змея!» – подумала я. Эта мысль удивила даже меня.
Когда Кристал вошла в дом, я чувствовала себя как загнанная утка, хотя в глубине души знала, что она ничего мне не сделает и я должна просто успокоиться. Я нахмурилась, услышав злобный ядовитый смех обладательницы черных длинных волос, которая лежала на полыхающей стене моего сознания. Медуза была там, грелась в пламени моего разума и смеялась над моими мыслями.
«Дьяволица, – подумала я, – пошла вон из моей головы!»
Кристал со своей яркой внешностью выделялась на фоне мрачной гостиной. Ярен отправилась на кухню готовить что-то горячее, а я осталась наедине с женщиной, которую считала опасной. Оставив плащ на подлокотнике кресла, она повернула голову и посмотрела на меня. Я тоже пристально смотрела на нее, хоть и боялась увидеть изменения в ее глазах.
– Пожалуйста, не смотри на меня как на врага, – умоляюще прошептала она, словно не могла смириться с мыслью, что я ее враг. – Я тебе не враг и никогда им не буду. Это не в нашей природе.
– О чем, черт возьми, ты говоришь? – резко спросила я. – В прошлый раз ты солгала Эфкену прямо у меня на глазах.
– Я не хотела. Я пыталась защитить тебя.
– От кого? – спросила я. – От мужчины, в которого влюблена?
Кристал в ужасе уставилась на меня.
– Я не влюблена в него, – сказала она, нахмурив тонкие прямые брови. – О боже! – Она закатила глаза. – Да, когда-то я была влюблена в него, и что с того? Как только увидела тебя, все кончилось. Все кончено.
– Только не говори, что ты влюбилась в меня, – ужаснувшись, сказала я, и она захихикала.
– Это больше, чем любовь, Махинев, – ответила она. – Мы с тобой связаны.
Потрясенная услышанным, я спросила:
– Что это значит?
– Мы с тобой – частички единого целого, которые воссоединятся волею судьбы. Мы не сможем быть врагами, даже если захотим. Мы связаны… – она указала на свой пупок, – одной пуповиной. Мы с тобой сестры.
– Ты и я, мы связаны узами Непреложной…
– Нет, – перебила она. – Ничего подобного. Я не мужчина, – проворчала она и зажмурилась. – Прозвучит странно, но я хочу быть рядом с тобой каждый миг, словно влюблена в тебя. Но я не влюблена в тебя.
– Сестры не влюбляются друг в друга, – равнодушно заметила я. – Ты меня пугаешь.
– Ты не представляешь, как страшно было мне, когда я впервые это обнаружила. Тогда я еще жила на юге, – сказала она. – Я занималась танцами, у меня была прекрасная жизнь, понимаешь? Мне совершенно не хотелось, чтобы все так обернулось. Я не хотела становиться частью какого-то целого.
– Я такая же, как ты? – спросила я.
– Да, – ответила она, и меня вдруг затрясло. Я почувствовала, как сердце падает куда-то вниз подобно закатившемуся за горизонт солнцу. – Ты еще не пробудилась, Махинев. Поэтому я не могу рассказать тебе всю правду. Это запрещено… Если я нарушу это правило, твое пробуждение будет неполным, и все будет неправильно. Мы не можем упустить самую важную деталь.
– Кто ты такая?
– Мар, – прошептала она ледяным голосом, глядя через плечо в сторону коридора. Она стала говорить как можно тише, чтобы Ярен не услышала: – Ты уже проверила это, поэтому знаешь.
– Дай мне переварить все это.
– Прости, но у меня этого времени не было.
– Чего ты хочешь от меня?
– Чтобы ты пробудилась, – ответила Кристал, выделяя каждое слово. – Пожалуйста. Просто начни.
– Что начать, глупая женщина? – пробурчала я, и она усмехнулась.
– Боже, как я рада, что мы сестры, – сказала она. – Хотеть тебя было бы смерти подобно.
– А что случится, когда я проснусь? – тихо спросила я, вцепившись дрожащими пальцами в легинсы.
– Ты вспомнишь свое прошлое, – ответила она, и я в ужасе уставилась на нее. – Это пробуждение. Ты почувствуешь себя так, будто проснулась ото сна. К тебе вернутся все воспоминания. Все, что произошло. Все, что случилось с нами, с тобой… Все-все.
А что со мной случилось?
– Ты умрешь, если расскажешь мне все? Иначе я просто сойду с ума.
– Я не могу, это прервет твое пробуждение. Когда ты проснешься, то увидишь лишь разрозненные фрагменты, а не картину целиком. Освободи свой разум, живи как обычный человек. Это просто произойдет в одно мгновение. Бум, и ты пробудишься.
– Так вот почему я здесь, – сказала я, и Кристал кивнула.
– Больше я ничего не могу тебе сказать, Махинев. Это навредит как мне, так и тебе. Уничтожит все. – Она закрыла глаза и выдержала короткую паузу. Я почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. – Пожалуйста, не говори ничего Эфкену, – умоляюще попросила она. – Он не должен знать, кто мы такие.