– Даже если ты не похищал меня, то мог просто свихнуться, – проворчала я и перевела взгляд на рощу, по правую сторону от которой зияла огромная пропасть. По моей коже тут же пробежала холодная дрожь, устремившаяся к душе.
– Что ты сказала?
– Подожди секунду, – сказала я, не в силах сдержать учащенное дыхание, и стала всматриваться в бездну с ее заснеженными смертоносными скалами. Казалось, они движутся вперед вместе с автомобилем. Неконтролируемый страх охватил меня, и я невольно вцепилась ногтями в край сиденья, как будто хотела разодрать его. Я чувствовала взгляд Эфкена на себе, но не обращала на него внимания. – Ты раньше привозил меня сюда? – Должно быть, мой вопрос смутил его, потому что он долго молчал и смотрел на меня как на сумасшедшую. Моя грудь бешено вздымалась от страха. – Ты привозил меня сюда, когда я была без сознания?
– С ума сошла? Я же говорил, что нашел тебя на пороге своего дома. Когда бы я тебя сюда привез? – Судя по интонации, он говорил правду.
– Тогда почему это место кажется мне знакомым? – Я смотрела на уходящую вниз бездну, у которой не было ни конца ни края. Когда мои глаза стали наполняться слезами, Эфкен удивленно спросил:
– Ты плачешь? – Он прибавил скорость, как будто не знал, что еще делать. – Что с тобой происходит? Ты потеряла память или что? Ты помнишь еще что-нибудь об этом месте?
– Я никогда… – Несколько слезинок против воли скатились из моих глаз. Я вытерла уголки глаз, но мой взгляд продолжал неотрывно следить за пропастью. – Я никогда не видела это место. Почему я испытываю такие чувства?
– Какие?
– Что-то внутри меня… – прошептала я и резко повернулась, чтобы посмотреть в его синие, как сама эта бездна, глаза. – Как будто оно взывает ко мне.
Он задержал на мне взгляд синих глаз и снова надавил на газ. Как бы оскорбительно он ни вел себя со мной, сколько бы ни грубил, но в этот момент я была уверена, что он понимал меня. Я видела, что он по крайней мере пытался меня понять.
– Позволь мне сказать тебе кое-что, – начал он, как будто хотел поменять тему разговора, и отвернулся от меня. – Я не люблю, когда игнорируют. Не люблю, когда мне бросают вызов. Не люблю, когда играют со мной.
– Я не играю с тобой.
– Да какая, к черту, разница? – растерянно сказал он, не отрывая взгляд от дороги. – Что бы ты ни затеяла, забудь об этом.
– Ты же знаешь, что я ничего не затеяла.
– И я не люблю, когда на меня давят.
Я глубоко вздохнула и стала ждать, когда переполнявшее грудь чувство покинет меня.
– Со временем ты привыкнешь, – сказал он, – и поймешь, что нужно делать, а что нет.
– Со временем? – Я уставилась на него как на душевнобольного. – Ты же не думаешь, что я задержусь здесь надолго, да?
– Я не сказал «надолго», я сказал «со временем».
– Нет у меня времени, я должна вернуться домой.
Эфкен ничего не сказал.
– Думаешь, я не смогу вернуться?
– Ни хрена я не думаю, так что лучше заткнись, или я специально направлю машину вон в то дерево.
– Совсем с ума сошел?
– Да, – просто ответил он с безразличным выражением лица, продолжая смотреть на дорогу.
Я глубоко вздохнула.
– А здесь все дома выглядят как развалины? – Мой вопрос явно озадачил его, но он даже не взглянул в мою сторону. – Они все из камня и с какими-то замысловатыми узорами. Тут красивая архитектура.
– А какие дома там, откуда ты родом? – спросил он, и я посмотрела на него. Он выглядел очень серьезным. Когда я поняла, что он задал этот вопрос не для того, чтобы поиздеваться надо мной, я снова обрела внутреннюю опору, и моя гордость будто воспарила.
– Обычно это высокие, однотонные здания, – тихо ответила я. – Подобные здания у нас сносят, поэтому трудно найти что-то достаточное интересное.
– На этой стороне побережья все старое, даже люди, – с какой-то торжественностью сказал он, не отрывая глаз от дороги.
– Так только на этом берегу?
– Да, – ответил он.
– Ты мне веришь? – В ответ он лишь приподнял бровь, повернув ко мне голову. – Ты веришь тому, что я рассказываю? – повторила я вопрос. – Поэтому ты спросил меня о том, что связано с моей родиной?
– Я не знаю, – сказал он, и ни один мускул на его лице не дрогнул. – По правде говоря, я никому не верю. Но ты говоришь так, как будто тебе здесь не место. Но раз уж ты опять ведешь себя как идиотка, я вполне могу считать тебя сумасшедшей.
– Кажется, у кого-то проблемы с доверием. И я тут ни при чем, – сухо сказала я.
– Это потому, что я тебе не верю? Кроме того, я же сказал, что никому не верю. – Я посмотрела на него, не понимая, о чем идет речь, и он прыснул от смеха. – Представь: ты внезапно появляешься у меня на пороге, несешь какую-то чушь, а потом еще выясняется, что ты воровка и, вероятно, заноза в моей заднице во всех смыслах этого слова. Нужно быть таким же идиотом, как и ты, чтобы тут же поверить во все это, не находишь?