— Думаешь, это связано с твоим расследованием дела Слейда?
— Да.
— Тогда прекрати. Я не хотел подвергать тебя риску.
— Ценю. Но я не отступаю. К тому же, яростное сопротивление намекает, что я близко.
Она вздохнула, смиряясь. —Пожалуйста, будь осторожен. И дай знать, если что понадобится — сразу.
Понимая, что сна уже не будет, он осторожно поднялся и с облегчением отметил: головная боль отпустила. Принял душ, побрился, оделся. На кухне нашёл записку от Мадлен на кофемашине.
Ранняя смена в кризисном центре. Меня забрала Джерри Миркл. Вернусь к трём. Оставайся в постели! ОТДЫХАЙ!
Отдых — последнее, чего хотелось. Быстрый завтрак — овсянка и кофе. Проверил корм и воду в курятнике, выпустил кур в загон и двинулся на арендованной машине к Блэкмор—Маунтин.
Шквалы двух последних дней ушли, оставив на полях полосы снежных заносов — белейшее под невероятно синем небом. На горной дороге лучи сквозь ветви ещё сильнее подчеркивали ясность утра. В этом свете всё выглядело иначе — он едва не проскочил место —происшествия.
Остановился, пригляделся. Пень в шести метрах от обочины, с разодранными волокнами и содранной корой на уровне бампера, подтвердил: это тут. Пытаться совмещать метельные воспоминания с залитой солнцем картинкой — было сложно.
Он поехал дальше — пока не заметил на левой стороне выезд с грунтовки: тот, что был на снимке. Сбавляя скорость перед поворотом, он услышал резкий рёв двигателя вдали. Остановился. Через пару секунд на дорогу вылетел автомобиль.
Гурни успел заметить водителя — худого молодого, с лицом, искажённым — возможно — яростью. Тот резко затормозил, врезавшись боком в ствол гигантской тсуги, вылетел на встречку и задел угол переднего бампера Гурни. С визгом шин и снопом искр из выхлопа умчался в сторону Харбейна.
Гурни запомнил номер и свернул на лесную дорогу. Когда он доехал до точки, откуда проглядывала поляна, к нему, полубегом, полупадая, устремилась крупная женщина в бесформенной коричневой блузе и брюках. Он остановил машину и вышел.
— Он тебя задел? — запыхавшись, крикнула она, поправляя сползшие очки. — С ним всё в порядке? Ты в порядке?
— Обошлось — лишь поцеловал бампер. Вы…
— Что?
— Как вас зовут?
— Нора. Я его мама. Я услышала грохот. С ним всё в порядке? Толстые линзы делали её слезящиеся глаза ещё больше.
— Если о водителе, что вылетел — не знаю. Он стукнул дерево боком, с полосы слетел и уехал. Ваше полное имя?
— Рамстен. Нора Рамстен. С ним всё-таки всё хорошо?
— Не скажу, мэм. Как зовут вашего сына?
— Колсон. Такой был удар! А вы… вы не пострадали? Машина?
Гурни посмотрел бампер. Едва заметная царапина. —Ничего серьёзного. Можно мы пройдём к вам?
Она подняла очки на переносицу, оглянулась на поляну, будто проверяя ориентацию. — Да, пожалуй… хорошо.
Поняв, что она не двигается, он кивнул в сторону: — Вы ведите. Я следом.
Он ехал медленно за ней. На поляне всё выглядело, как и на спутниковом снимке: хижина, сарай — лишь крупнее, чем казалось сверху. К дому — крытая веранда; высокие грядки — занесённые и безжизненные, как и положено зимой.
Поленница футов в сорока от края поляны была припудрена снегом. Вторую, поменьше и в беспорядке, разбирал лысеющий седобородый мужчина в резиновых сапогах, грязных джинсах и старой куртке Carhartt. Его резкие, бессистемные движения выдавали не план, а возбуждение. Гурни вышел и присоединился к женщине, которая махнула на метателя поленьев:
— Гляньте на него! — вспыхнула она. — Из-за этого Колсон сорвался, как с катапульты. Не виню парня — когда отец такое творит, а это часто! То есть, прошу прощения, если он вас напугал своим пролётом, но это не совсем его вина, не совсем, когда… Она покачала головой — слов не хватало.
Она раздражённо крикнула мужчине: — Надеюсь, ты это потом сложишь обратно!
— Бардак, который я, значит, устроил? Он повернулся, сжимая колун, как дубину. — Проблема — в том, что устроил он. Время в мусор!
—Берт, из-за твоего ора и брани у Колсона снова чуть не случилась беда!
—Ты что несёшь?
—Ты настолько глухой, что не услышал удара?
Держа полено, он приблизился. — Какого удара?
— Он врезался в дерево и задел машину этого господина. Колсон мог погибнуть!
Он настороженно перевёл взгляд на Гурни. — Врезался? Где? Как?
Гурни спокойно: — В конце подъезда. Шёл слишком быстро, занесло, отлетел от большой тсуги, задел мой бампер и умчался.
Берт кивнул медленно. — То есть… серьёзного ущерба нет. Дерево — не в счёт. Он шагнул к машине Гурни, осмотрел бампер. — Пятнышко. Капля полироли — и…