Гордей ответил: «Деньги – это пыль»
«С каких ты пор считать стал пылью деньги ? –
От возмущенья Лару била дрожь.
«С тех пор, как не хожу на четвереньках
И не батрачу сутками за грош!»
«Пусть грош! Пусть так! Но знал ему ты цену,
И чувств людских не попирал!» «Позволь
Напомнить, Лара, как ты мне презренно,
Частенько говорила, что я голь?
Что телефон не тот… Ведь это было!
Пощёчин много ты мне раздала»
«Я не со зла, по-дружески шутила»
«И я шучу, Лариса, не со зла.
Во всем всегда отказывал себе я.
Влачил существование, не жил!»
Лариса лишь вздохнула. От Гордея
Тянуло холодком – он стал чужим.
Циничным словом Литин бил наотмашь,
Суровой правдой сердце леденя.
«Теперь я всё могу купить!» «Всё можешь?»
Лариса отшатнулась: «И …меня?»
Тяжёлое молчание повисло.
От берега донёсся свист друзей:
«Кончай трепаться со своей Ларисой.
Айда до клуба!» Промолчал Гордей.
«Тебя зовут, - сказала Лара. - Кончен
Наш разговор, верней зашёл в тупик.
Пойди, купи ещё машину… Впрочем,
Ты лучше совесть новую купи»
Прочь уходила гордая подруга.
В душе Гордея клокотала злость.
«Ты дура нищая!» - на всю округу
Гордея оскорбленье разнеслось.
«Ты не умеешь просто развлекаться!» -
Бросал ей вслед слова он вновь и вновь.
Лицо Гордея вспыхнуло румянцем,
И носом побежала струйкой кровь.
Он снял с себя футболку. Ею быстро
Свой вытер нос, как носовым платком
И, бросив наземь, Литин стал неистов,
Топча футболку мокрым башмаком.
«Гаджинн, - сквозь зубы вызвал духа Литин. –
Хочу, чтоб у моих Лариса ног
Молила о любви!»
«О, повелитель! –
Ответил джинн. – Прости, но я не Бог!»
Гордей разбит. Гордей обескуражен.
«Ещё желает что-то господин?» -
Проворковал мобильный дух. «Сейчас же
Сюда мне вертолет подай, Гаджинн».
Не видел (кроме Литина Гордея)
Никто, как в небе туча словно лёд,
Трещала, то ломаясь, то темнея,
Пока не превратилась в вертолёт.
[Тачка мамина,
Крыша папина.
И плевать на ваши правила!
Бум-бум, еду, я на движе.
Ну-ка, крошка, е-е, ниже!]
Глава III. У каждого в шкафу свои скелеты
1.
Горят софиты. Всюду камер зорких
Не сосчитать. Гордей был приглашён
На шоу Стива Купера в Нью-Йорке.
Впервые так вниманьем окружён
К своей персоне Литин. Это льстило
И напускало важности. Теперь
Уверовал он в то, что деньги – сила,
Способная открыть любую дверь.
Петличный микрофон, и кисть гримёра
Порхнула над лицом в последний раз.
Послышалась команда режиссёра.
Овации, приветствие и джаз…
Сопроводила гостя афро-фея
До сцены, за кулису пропустив.
- Итак. Встречайте Литина Гордея! –
Помпезно объявил ведущий Стив.
По съёмочной площадке шагом бойким
Гордей с улыбкой к Стиву подошёл.
Был этикет приветствия коротким:
- Hello!
- Привет.
- How are you?
- Хорошо.
Аплодисменты стихли. И в Гордея
Уставились не меньше сотни глаз.
Он чувствовал, как щеки розовая,
Волненье выставляли напоказ.
- Я рад, что ты сегодня в нашем шоу! –
Усаживая гостя на диван,
Стив Купер произнес. – Ведь по большому,
Ты уникум! Финансовый титан.
- Спасибо, Стив. Не знал, что я феномен, -
Гордей с улыбкой гордости сказал. –
Но, не смотря на это, очень скромен.
И вновь аплодисменты выдал зал,
Записанные камерой треножной.
– А как тебе Нью-Йорк, скажи, Гордей?
– Конечно, не Москва, но жить здесь можно.
– Люблю я с чувством юмора людей.
Волна рукоплесканий пробежала
По съёмочной площадке не спеша.
– Ты на обложках глянцевых журналов.
С тобою рядом дорого дышать
– Ага, по десять долларов минута –
Массовка засмеялась. – Я шучу.
Стив выдохнул наигранно, как будто
И впрямь за воздух должен богачу.
– О'кей, сегодня ты один из самых
Богатых на Земле людей.
– Так-так…
Стив, ты не в теме. Из последних данных:
Я – самый состоятельный чувак!
И вновь, как по щелчку, аплодисменты;
Каскад восторга по рядам прошел.
– Какие ощущения заметны?
– Не знаю, Стив, но сплю я хорошо.
– Гордей, ты в интервью признался как-то,
Что Максом Лойном с детства восхищён.
– Всё так. Он человек-коммуникатор,
Изобретатель, гений.
– Ты ещё
С ним лично не знаком?
– Нет. Дружбу с Максом