В ушах как будто колокол звенел.
В виски кровь застучала частым пульсом.
Туманным взором всех он оглядел,
И ужаснулся Литин – в каждом госте
Увидел сам себя! Его лицо
То корчило гримасы, то от злости
Выплёвывало грязное словцо.
Вот на плечах сухого азиата
Болтается Гордея голова.
И принц одел его лицо, от взгляда
Которого сжигается трава.
И немцы лик примерили Гордея –
В обнимку пляшут двое из ларца.
В бразильском мачо, гуру виноделья,
Гордей узнал свои черты лица.
Теряя и рассудок, и опору,
Он страх и тошноту превозмогал,
Когда вдруг замелькали перед взором
Хвосты, свиные рыла и рога.
К нему тянулись ледяные руки,
Визжали черти, громко гогоча.
Не выдержав иллюзий жутких муки,
Гордей закрыл глаза и закричал.
Хватая жадно воздух ртом, он больно
Сжал голову руками. Весь в поту,
Желая, чтоб кошмар исчез, спокойно
Он принял бессознанья пустоту.
Глава V. Mon cheri! Игра, игра!
1. Кукла
Гордей с трудом открыл глаза. С минуту
В звенящей неуютной тишине
Осматривал просторную каюту
И сверхбольшой аквариум в стене –
Там рыбок золотых кружилась стая,
Лавируя меж листьев и камней
В воде слегка подсвеченной, сияя
Искрящеюся чешуёй своей.
Шёлк белых простыней, в которых Литин
Очнулся, чуждым холодом обжёг.
Он вспомнил предыдущих цепь событий,
А с ними отвращение и шок.
«Как мерзко!» Тошноту превозмогая,
Гордей поднялся. Взгляд заволокло.
Остатки сна вдруг сдуло птичьим граем,
Донёсшимся в открытое окно.
Он вышел из каюты. Резкий ветер
В лицо фонтан холодных брызг швырнул.
Гордей увидел в жёлтом лунном свете
С десяток чёрных птиц, что тишину
Разрушили своим истошным криком.
Пикируя на волны с высоты,
По очереди в возбужденье диком
Они клевали что-то у воды.
К фальшборту подойдя, подслеповато
Гордей вгляделся в водную мишень.
«Да там же человек!» Десант крылатый
Над тонкою фигуркою кишел.
А человек барахтался в пучине,
И отгонял безумных птиц, как мог.
Пернатые всё время нарочили
То клюнуть в руку, то вцепиться в бок.
И в этой напряжённой потасовке,
Где птичий гомон всё заполонил,
Движенья человека так неловки,
Так ломаны, так кукольны они.
В какой-то миг Гордей увидел ясно,
Что человек от яростных когтей
И от разящих клювов птиц ужасных
Оберегал, прижав к груди своей
Светящийся предмет… Фонарик? Что там?
Какая в прочем разница! Гордей
Спасательный заметил круг у борта,
Схватил его и крикнул громко: «Эй!
Лови!» И бросил в море круг , где волны
Болтали человека вверх и вниз.
И снова крикнул он, тревоги полный:
«Скорей хватайся! Ну же! Дотянись!»
Гордей не без труда круг со спасённым
На палубу поднял и… обомлел –
Был тот не человеческой персоной,
А куклой! Манекеном, что сидел
Спиною прислонившись к борту! Ветер
Трепал на нём изорванную ткань.
«Что ты такое?» Манекен ответил
Отрывисто: «Скорей. Его. Достань»
И от груди заклёванные руки
Убрал он осторожно, не спеша.
В груди светился шар.
«Он. Очень. Хрупкий»
«А что это?»
«Твоя. Гордей. Душа»
2. Участники
Из сна Гордей в реальность резко выпал.
Ломало тело, билась боль в висках,
Как будто подхватил он вирус гриппа,
И испускает дух в его тисках.
Он осмотрелся. Было ощущенье
Эффекта дежавю – как и во сне
Каюта (сладкой жизни воплощенье),
Кровать, шелка, аквариум в стене.
В окне плескалось небо голубое,
И слышался игривый чей-то смех.
Гордею с острой болью головною
Вдруг захотелось спрятаться от всех.
И только он подумал вызвать джинна,
Чтоб тот его желанье воплотил,
Как в двери постучали: «Господина
Гордея ожидаем, - говорил
Гнусавый чей-то голос, - у бассейна.
Игра начнётся знатная сейчас.
Придёте?» «Да» - Гордей рассеянно
Ответил. «Хорошо. Ждём только вас!»
«Да чтобы всех вас…» - выругавшись люто
С досады в пустоту, в конце концов
Гордей оделся. Вышел из каюты.
Солёный ветер фыркнул зло в лицо.
А у бассейна – шумная команда.
Там шёл такой горячий разговор,
Что стала, словно улей, яхта «Granda»,
Жужжащая на весь морской простор.
На скрипке кто-то весело пиликал.
Над палубой сигарный дым висел.
«Месье Гордей! – торжественно воскликнул
Французик. – Наконец собрались все.
Вцепившись в локоть Литина пиявкой,