— Так я и хочу в марте отпуск просить. Отец забронировал нам путёвки в Египет по линии ВВС. Говорит: пролетал над Египтом ещё в шестьдесят первом. С орбиты коралловых рыбок не видно.
— Рыбки… Придумаешь же. А что на службу рвёшься? Тесно в кругу семейных уз?
— Никак нет, Георгий Тимофеевич. Дома всё на удивление хорошо. Лариса у нас живёт, мама с невесткой ладит. Но у меня после полёта мышечная масса не восстановилась. Конечно, качаюсь, бегаю. Всё же гораздо быстрее приду в себя, работая с парнями в ЦПК.
Генерал посмотрел записи.
— Если ставить тебя на лунную программу… В тоннелях клаустрофобом не стал?
— Так на станции на орбите ещё теснее. Не стал. И, надеюсь, больше на Луне не придётся рваться на износ.
— Да, медицина запретила. Сейчас там восемь человек, обязанности распределены. Буду рекомендовать тебя комиссии Госкосмоса ориентировочно на сентябрь дублёром, следующий пуск — в основной экипаж.
— Спасибо, Георгий Тимофеевич!
— Не за что. Учти, ты только что вылетел из кандидатов на Марс.
Андрей погрустнел.
— Понимаю. Отец говорил: его в Политбюро предупреждали. Хватит Гагариных в первопроходцах. Чтоб мы с Ксенией даже не мечтали.
Генерал кивнул.
— Хорошо, что понимаешь, — он размашисто поставил резолюцию на рапорте. — Свободен!
К тренировкам он приступил только после Нового года, до этого почти каждый день по заданию отца ездил в Химки, где понемногу рождался четвёртый вариант проходческого робота, на этот раз с прицелом не только на Луну, но и на Марс — с отправкой туда в начале девяностых для подготовки постоянной колонии.
Как часто повторял отец, разовый полёт на красную планету безумно дорог, и он мало что даст, кроме как отметиться. Организация постоянной базы с заправочной станцией для возвращающихся кораблей дороже в три-четыре раза, зато каждое отдельно взятое путешествие на Марс удешевляется радикально, особенно когда земное топливо будет расходоваться только для доставки на «Салют-12», а дальше — на экономичной ионной тяге к Луне, не поспешая, с Луны — на Марс. Иногда с пересадками быстрее и дешевле, чем напрямки. Жаль, что в восемьдесят восьмом лунный терминал ещё не выйдет на проектную мощь.
В январе переехали с Ларисой и маленьким Юрой обратно в Звёздный. Там же в начале марта встречали Ксению. Та подверглась обследованию в Сокольниках, отметили Восьмое марта, а уже шестнадцатого Ту-154 с очередной сменой уставших военных и членов их семей взял курс на Египет.
Алла Маратовна не доверила Юрочку в самолёте никому, сказав: вы бы его ещё в багаж сдали, везла исключительного на коленях, тот ёрзал, тыкал пальчиком в иллюминатор и урчал, подражая звуку авиационных турбин.
Хоть в салоне находились преимущественно сухопутные и моряки, а не ВВС, Гагариных тотчас узнали. Юрий Алексеевич напомнил супруге, как дрались за самых красивых девушек Оренбурга с сухопутными, та спросила: сейчас бы за меня подрался? Удовлетворившись положительным ответом, снова занялась внуком.
Примерно две трети салона занимали не военные, а просто купившие путёвки. Дорогие, но часть стоимости покрывает профком. Министерство обороны тоже заразилось страстью зарабатывать деньги, отбивая часть бюджета.
В аэропорту близ неприметного посёлка Хургада, впрочем, аэропорт — громкое слово, только бетонная ВПП, стоянки, цистерны с керосином да большие палатки в роли аэровокзала, пограничного поста и таможни, Гагарины как простые смертные, без полагающегося члену Политбюро эскорта, сели в автобус и через час оказались в маленьком уголке СССР и цивилизации среди совершенно пустынного побережья.
— Пройдёт время, и здесь когда-нибудь появится курорт. Пока у нас неплохие отношения с правительством Египта, я лоббирую выкупить или хотя бы взять в аренду на девяносто девять лет километров пять побережья, отстроить здесь современные отели, расширить аэропорт и возить туристов из Европы — зарабатывать валюту для египтян и СССР, создавать здесь рабочие места. Наших убедил, местные пока телятся. Не верят. Да, тут дикость, воровство. Ислам в самом жестоком понимании — не греховно всё что угодно в отношении неверного. Поэтому пока возможны только кластеры. Со временем подтянем к цивилизации часть местных, пусть работают в обслуживании отелей.
— Опять твои предвидения? — спросила Алла Маратовна, глядя на негостеприимные пустоши за окнами «Икаруса», вплоть до самого въезда на охраняемую огороженную территорию.