“Да, у меня есть бойфренд, – сказала Оливия репортерам, – и я сомневаюсь, что он будет в восторге от этого”{19}.
The Herald Journal, 12 июля 1961 года:
Гагарин не кто иной, как солдат коммунизма. А вот для британцев, похоже, не имеет значения то, что он за честь почтет сбросить на свободный мир водородную бомбу. Нет, им нет дела до того, что он обратит в рабство даже ту молоденькую британскую медсестру, которая в порыве инфантильного энтузиазма поцеловала его{20}.
Колумнистка “Дейли телеграф” Уинифред Карр написала: “Его отношение к нам – наиболее приятное в майоре Гагарине. Раз уж мы делаем из мужчины кумира – ему недостаточно быть храбрым, красивым и хорошо воспитанным. Раз уж мы женщины, то нам хотелось бы думать, что и мы ему нравимся”.
“Он не только рад был встретиться с нами, – написала Ольга Франклин, русскоговорящий репортер Daily Mail, – он по-настоящему демонстрировал это”. Также она сообщила, что Гагарин заставил ее почувствовать себя “королевой”{18}.
Майор Гагарин – космонавт с сексапилом. Девушки, с которыми побеседовали наши фотографы, выглядели романтично-счастливыми и демонстрировали воодушевление не меньшее, чем если бы им удалось встретиться с Элвисом Пресли или Марлоном Брандо{8}.
Гагарин похож на Линдберга. Как и у Гагарина, у того были свежее лицо, мальчишеская фигура и скромная, обезоруживающая улыбка. <…> Однако учитывая то, что русский успех был чрезвычайно существенной частью пропагандистской войны, Юрий Алексеевич умудряется вносить свой вклад в эту победу с чрезвычайно линдбергианской светскостью и грациозностью{18}.
Go gaga over Gaga?
За три дня своего визита в Лондон русский космонавт Юрий Гагарин очаровал больше сердец, чем Чарлз Линдберг в 1927 году.
Домохозяйки и школьницы осаждали его на улицах{18}.
…Буквально покорили англичан, уж не говоря об англичанках, которые даже выбегали в бигудях из парикмахерских и радостно приветствовали: Юрий! Юрий!{61}
Главным сувениром-бестселлером советской торговой ярмарки в Эрлс-Корт была цветная открытка с изображением космонавта. Первое, о чем спрашивали знакомые всякую журналистку, которой удалось прорваться на его пресс-конференцию, было: “Ну как он? В самом деле такой хорошенький?”{18}
Джонатан Коу:
Когда я писал роман “Какое надувательство!”, мне нужно было найти какое-то важное событие для мальчика, который родился в начале 1950-х. И мне показалось, что самое очевидное – сделать так, чтобы его героем был Гагарин{22}.
Вчера вечером 27-летний космонавт страдал от болей в правой руке, которой он поприветствовал более двух тысяч человек. После семидесяти минут непрерывных рукопожатий на приеме в русском посольстве он был таким уставшим, что вынужден был удалиться для отдыха непосредственно перед началом второго приема.
К тому моменту, когда он доехал до русского посольства, герой космоса был практически погребен под цветами{23}.
Он ускользнул от последней назначенной встречи – обеда в роскошном отеле “Дорчестер” с бизнесменами, торгующими с Россией. Представитель советского посольства сказал: “Майор Гагарин устал и отправился спать”.
Однако же вскоре после десяти часов вечера космонавт отбыл в официальном автомобиле в сопровождении трех человек, причем за ним следовал еще один посольский автомобиль, внутри которого находилась группа модно одетых женщин. Было объявлено: “Майор Гагарин и дамы после прогулки по Вест-Энду отправятся танцевать”.
Источник добавил: “Боюсь, если я сообщу вам, с кем и куда он едет танцевать, самое малое, что случится со мной, – это потеря работы”{24}.
Майор Гагарин примерно час колесил по центральному Лондону… Ему удалось остаться неузнанным. В 23:15 машина подкатила обратно к русскому посольству. Тамошний источник сообщил: “Майор Гагарин очарован вечерним Лондоном”.
Daily Sketch процитировала космонавта, который, принимая ключ от номера, сказал у стойки регистрации: “Проклятая рука меня добьет” (“Оh, my hands are killing me”){24}.
Times, 13 июля 1961 года:
…Гостеприимство, граничащее с истерией…{53}
Николай Каманин (“Летчики и космонавты”):
…Позволю себе так выразиться, “погружение в океан всечеловеческого преклонения”. Напомню: в начале 60-х годов XX века на планете не было человека популярнее Гагарина{56}.
Вот возле него появился какой-то высокий, сухопарый, с засученными до локтя рукавами рубашки человек средних лет. Протянув Юрию Алексеевичу какую-то бумагу, он попросил: