Пожилой абориген поднес нож к лицу Питера.
- Откуда это у тебя?
Питер пристально уставился в лицо шамана, заговорившего на языке его предков. По ряду амулетов и специфическим татуировкам на лице, он определил в старике шамана племени. Мать Питера учила их с братом языку могавков. Он не стал именитым филологом могавского языка, но кое-что понимал и даже мог поддержать беседу. Шаман по-своему понял это молчание.
- Ты не говоришь на языке настоящих людей? – спросил он на том же языке. Затем произнес некую вопросительную, отдаленно знакомую речь. Кажется у неё было что-то общее с говором алгонкинов(2).
- Это принадлежит мне. – коротко сказал Питер на могавском.
- Принадлежало. – поправил его шаман. – Где ты это взял?
- Это было со мной, когда я пришел. – произнес Питер. Затем добавил. – Издалека.
- Кто ты?
- Пэйта Хэссун. – представился Питер. – Из племени мохок.
- Это мы мохоки. – не согласился шаман. – Чьего ты племени?
- Мохок. – твердо настоял Питер.
- Хорошо. – пошел на уступку шаман. – Что стало с твоим племенем?
- Порабощено и почти уничтожено. – Питер опустил взгляд и отчего-то начал злиться. Не на старика, на себя. Как будто какой-то взрослый отчитывает его как ребенка за проступок, которого он не совершал.
- Кто это сделал? – равнодушно спросил шаман.
- Бледнолицые. – поднял взгляд Питер.
- Люди на больших лодках? – удивленно спросил шаман.
- Они уже здесь?! – воскликнул Питер.
- Интересно... – покачал головой шаман. Будто доктор над безнадежным психически больным. – Где ты нашел это оружие? Это оружие бледнолицых? А это?
Он показал ему мультитул, а парень лет 13 поднес кейс.
- Это моё оружие. – Питер твердо стоял на своём. Хотя технически, это все-таки оружие бледнолицых. Каковы шансы, что на заводе этот нож прошел только через руки индейцев или чернокожих?
- Очень твердый камень. – шаман уважительно потрогал лезвие штык-ножа. – И очень острый. Пленники говорят, ты убивал им. Убил их вожака одним ударом. Это достойно уважения. Ленапе(3) – наши враги. Ты убил много их воинов. Это тоже достойно уважения. Ты могавк. Это будет учтено. Сегодня будет совет племени. Твоя судьба решится там.
- Мне нужно задать вопрос к тебе. – Питер посмотрел шаману прямо в глаза.
- Спрашивай. – кивнул шаман.
- Скольких я убил?
Вечер. Через четыре часа
Питера отвязали от столба два молчаливых аборигена. Один держал оружие наготове, чтобы Питер не стал шалить, а второй повёл его в длинный дом(4). Внутри уже собралось всё племя, хотя этот процесс Питер наблюдал последний час.
- Соплеменники, дочери и сыновья. – начал речь самый старый из всех присутствующих. Скорее всего, это был старейшина рода. – Мы собрались здесь, чтобы обсудить все накопившиеся вопросы, посвятить юношей в мужи и определить судьбу нашего соплеменника, пришедшего из дальних краёв. Первым делом обсудим вопрос трёх сестер(5). Слово женщине. Голубая Вапити, слово тебе.
- С уважением к тебе, старейшина Тихий Орлан. – поклонилась женщина лет сорока. – Земель для обработки стало мало. Нас слишком много, чтобы эти земли могли прокормить нас. В прошлую весну нас стало больше на десяток. Зиму пережило семеро, а это семь ртов. Ещё несколько зим и нам станет не хватать еды.
- Я услышал тебя. – степенно кивнул старейшина. – Как слышал и в прошлый совет, четыре зимы назад, и в прошлый, восемь зим назад, на прошлой стоянке. Ты каждый совет говоришь, что скоро станет нечего есть. Почему же мы не голодаем? Сизый бык.
- С уважением к тебе, старейшина Тихий Орлан. – поклонился крепкого вида абориген с лицом, изрезанным шрамами. – На этот раз она права. Вапити куда-то уходят, старейшина. Мы с каждым разом уходим всё дальше, принося всё меньше. В прошлую охоту мы потеряли двоих, зайдя на земли ленапе...
- Я знаю это без тебя. – прервал его старейшина. – Я подумаю об этом. Скажу в конце совета. Следующий вопрос. Юноши.
- Всё готово к ритуалу. – подошел к нему шаман. – Пленники на местах.
- Начнем же! – провозгласил старейшина.
В дом завели пятерых алгонкинов. К огню вышли юноши. Каждый из них держал в руке кинжал.
- Во имя духов предков, во имя Великого Орла, во имя Сильного Медведя, во имя Могучего Волка, во имя Хитрого Ворона, во имя Тихой Совы! – проречитативил в стиле баптистского проповедника шаман. – Эти юноши, о духи предков, о великие животные, пришли сюда чтобы стать мужами! Подойдите! Пустите кровь! Докажите! Докажите мужество!
Отработал, как аниматор на утреннике. Юноши вонзили кинжалы в тела алгонкинов. Агония пленников, кровь стекла на заранее насыпанный песок. Весь ритуал продуман до мелочей, явно не первый раз проводится.
- Узрите же, предки! Юношей нет, одни мужи! – возгласил, глядя на тотемы, шаман. – Примите жертву! Примите души врагов наших!
Питер подспудно ждал, что шаман завершит речь словом аминь и все присутствующие перекрестятся. Но этого не произошло. Шаман указал воинам на тела, которые следовало вынести наружу.
- Следующий вопрос. – веско и со значением продолжил старейшина. – Наш соплеменник, чьё племя было порабощено бледнолицыми. Падающий Кречет, тебе слово.
- Это наш соплеменник. – начал речь шаман. – Он прибыл из далеких земель, где его род был порабощен бледнолицыми...
В этот момент лиц многих присутствующих тронула снисходительная улыбка.
- ...порабощен, а многие убиты. Он выжил. – продолжил шаман. – На лицах многих из вас я вижу улыбки. Зря. Он сильный. Он убил боевого вождя алгонкинов одним ударом. Он убил многих воинов алгонкинов, десятки! Он наш соплеменник, он говорит на языке настоящих людей! У него есть оружие из самого прочного и острого камня!
Шаман вознес руку со штык-ножом М7 над головой.
- Принесите мне две туши диких свиней! – потребовал он.
Все было спланировано заранее, два подростка занесли две туши диких поросят.
- Ушастый Бизон. – кивнул он тому мужику, который сейчас был одет в джинсы Питера. Он нашел решение для закрепления штанов, просунув кожаный ремень через ременные петли и затянув его. – Посоревнуемся в свежевании добычи, как раньше?
Он подмигнул ему. Тот криво усмехнулся и вытащил свой кремневый нож.
- Начали! – дал команду старейшина, для которого это было очередное развлечение на потеху рода. Торопиться некуда, потенциальный соплеменник может подождать. Никуда не денется, а прибить всегда успеется.
Шаман сразу начал уходить в отрыв. Пусть М7 не был предназначен для свежевания, но он в этом деле на несколько голов превосходил любой нож из кремня. Прибавь к его неслыханной здесь остроте навыки шамана... Боевой вождь сильно отставал.
- Не торопись. – шаман закончил свежевать свинью, передав шкуру женщине.
Боевой вождь Ушастый Бизон взревел и с остервенением продолжил свежевание, изрядно портя шкуру.
- Это колдовство! Шаманские ужимки! Нельзя так быстро! Невозможно! – воскликнул он, закончив работу через несколько минут.
Боевой вождь был мужчиной лет тридцати, на пике своей мощи. Самый сильный, самый смелый и самый опытный воин племени. Но проиграл он шаману. Проиграй он кому другому, можно было бы складывать полномочия, но шаман – дело особое. Большая часть присутствующих поверила в помощь духов, а меньшая в шаманские хитрости.
- Я не звал духов, чтобы они мне помогали. – покачал головой шаман. – Это оружие Огня(6). Самое острое, самое твердое! Он знает, где найти ещё такое же!
Тут у Питера появилось беспокойство. Шаман выписывает чеки, которые задница Питера не сможет оплатить.
Старейшина был впечатлён представлением. Так быстро в племени никто не свежует. Фантастический результат. Ещё и оказалось, будто так сможет каждый воин. А ведь это какие перспективы! Можно будет совершать набеги в охотничьи угодья ленапе или даже могикан! Не тащить целые туши, рискуя быть настигнутыми, а сразу на месте свежуя туши и отделяя самое ценное! Надо брать!
- Падающий Кречет! – заставил он род замолкнуть. – Этот воин, без сомнения, наш соплеменник! Ему есть место в нашем роду!