- Мать твою! Не поднимать тему алкоголя при мне. – Питер с досадой сплюнул. – Где это долбанное здание?!
- Да уже пришли почти! – Эктор искренне не понимал, почему Питер взвился.
У ворот на территорию губернатории, стояли стражники в морионах и кирасах, вооруженные аркебузами. Эктор предъявил выданный ему в адмиралтействе квиток и их пропустили.
Двухэтажное логово гаванского губернатора не поражало богатством или размахом. Хотя то, что оно было построено из завозного гранита, много скажет знающему. Питер не знал, поэтому не оценил. Внутри было побогаче, чем снаружи. Мраморный полированный пол, ковры, гобелены на стенах, широкие стеклянные окна, экзотических пород дерева мебель, слуги, пажи, постфеодализм.
- Молчите, говорить буду я. – испанец глубоко вдохнул и выдохнул, стоя у двери в кабинет губернатора.
- ...лейтенант Эктор Армандо дель Элькано, сын Роберто Гарсии дель Элькано, со свитой! – объявил их церемониймейстер.
Питер научился кое-как понимать по-испански, так как кое-какой базис имел в прошлой жизни, да и во время путешествия делать особо было нечего, а знание языка лишним не бывает.
Дальше Эктор разлился в труднопереводимом потоке восхвалений, перечислений титулов, извинений, поклонов, отступов, опять восхвалений. Когда расшаркивание состоялось и закончилось, они перешли к сути.
Габриэль де Лухан(4), генерал-капитан Кубы, губернатор Гаваны, лениво выслушал все формальности и этикет, хотя Питер заметил, что солдату чуждо это, а затем сказал что-то вроде “ближе к сути”.
Далее Эктор рассказал злоключения “Святой Валенсии” на восточном побережье Северной Америки, свои злоключения и спасение. Генерал-капитан выразил сожаление о том, что команда не выжила, а также сообщил, что про каравеллу, которая не прибыла в Старый Свет, уже доложили и записали как пропавшую в шторме или от пиратов. Хотя никаких слухов о неслыханном богатстве, внезапно всплывшем на руках рванья в каком-нибудь порту, не было, поэтому решили, что всё-таки шторм.
Эктор замолк, генерал-капитан де Лухан выжидающе на него уставился.
- Какие-то планы на будущее? – задал он наводящий вопрос.
- Ах да! – вспомнил вдруг Эктор. – Я же привёз товар на пробу! Новый источник этого слова Питер не понял наслаждения!
- Какое-то дикарское яство? – уточнил генерал-капитан.
- Очень необычное, скажу я вам! – Эктор совсем не умеет разжигать интригу, но его энтузиазма хватило.
- Я заинтересован. – кивнул де Лухан, отваливаясь на своеобразный трон. – Это что-то вроде опия?
- Вовсе нет! – заверил его Эктор. – Извольте распорядиться приготовить комнату для отдыха.
- Это не опасно? – уточнил один из присутствующих офицеров.
- Я два года употребляю и неизвестное Питеру ругательство не было! – довольно поделился Эктор. – Итак?
- Пройдёмте в гостевой зал! – провозгласил всем присутствующим церемониймейстер.
Слуги хотели задержать могавков, но Эктор пригрозил им расправой за урон чести свиты.
- И чем вы нас удивите, идальго дель Элькано? – развалился на мягком диване генерал-капитан. Он, видимо, уже несколько лет ведет сибаритский образ жизни, так как хоть и производит впечатление бывалого воина, но образовавшееся брюшко этот образ слегка смазывает.
- Прошу... – Эктор дал знак и оруженосец Бизона поставил на стол заранее напечённые женой испанца булочки с гашишом. – Если не затруднит, извольте распорядиться о вине.
Питера опять защемило душой, но он сдержался.
- Простой хлеб? – удивился один из офицеров, смазливый молодой парень, но уже имеющий три отметины шрамов на лице.
- Отнюдь нет, идальго Алькиро. – усмехнулся Эктор. – Прошу!
Он первым взял булочку и бодро её зажевал. Принесли вино, губернатор наконец решился, ему подал булочку специальный слуга. Он обнюхал её, будто так можно учуять гипотетический яд. Он почти донёс её до рта, но остановился.
- Пусть кто-нибудь из твоей свиты съест одну из булочек. Я сам выберу. – сказал он.
Эктор проявил недовольство недоверием, но кивнул Бизону на булочку, протянутую слугой. Тот пожал плечами и одним куском проглотил её.
- Прости за недоверие, но мы в колониях, всякое бывает... – развел руками де Лухан, одновременно жуя булочку. Он всё еще не знал, как относится ко вполне обычному кукурузному хлебу, поданному как деликатес.
Через двадцать-тридцать минут всем всё стало ясно. Глаза поплыли, появились придурковатые улыбки. Губернатор зачем-то схватил последние три булочки и с азартом и жадностью их поглотил.
- “Типичная ошибка новичка.” – с грустной усмешкой подумал Питер, наблюдавший за всем этим процессом.
Эктор спросил у губернатора разрешение на то, чтобы свита отправилась по делам, тот махнул рукой, полностью отдавшись чувству эйфории.
- А есть кто-нибудь, кто говорит и на испанском и на английском? – уточнил Питер у церемониймейстера.
- Хм... Хозяин не давал никаких распоряжений... – задумчиво ответил тот на чистом английском. – А для каких целей вам такой человек нужен?
- Показать город, лавки. – ответил Питер чистую правду.
- Тогда я могу дать вам одного слугу, но под ответственность, чтобы с ним ничего не случилось. – церемониймейстер пристально посмотрел Питеру в глаза. – Иначе, будут большие неприятности от самого губернатора. Понятно?
- Понятно. – кивнул Питер.
Улицы Гаваны
- Сколько этот мужик хочет за набор инструментов? – спросил Питер у слуги, испанца Хорхе.
- Сто пятьдесят песо. – перевел Хорхе.
- Это дорого или нет? – уточнил Питер, разменявший двухфунтовый слиток на горку монет по весу, получив семьсот двадцать три песо.
- Инструмент хорош, цена нормальна. – ответил слуга.
- Ладно. Беру. – кивнул Питер. – Веди меня к лучшему кузнецу-броннику.
- Следуйте за мной...
Через некоторое время
Питер отправил часть воинов на корабль, чтобы они погрузили закупленные товары в трюм. Он также купил двести фунтов хороших железных гвоздей, двадцать три ящика стального инструмента, от молотка до пилы, вымел вообще всё, что было. Приобрёл эталонную, очень и очень дорогую версию полного латного доспеха максимилиановского типа, за два слитка золота. Толстый, гофрированный, из высококачественной стали, которую Питер получить может, но в слишком ограниченных количествах, чтобы затевать такое произведение искусства. Ещё бронник продал руководство по сталеварению на испанском. Питер не стал вчитываться, так как всё равно бы ничего не понял, да и что там может быть секретного, раз его продают первому встречному? Два песо и брошюра на двадцать листов заняла место в коробке. Также Питер приобрел эталонный мушкет, очень дорогой и аккуратно исполненный. Качественная штучная работа, с чеканкой, батальной сценой на прикладе. Интересен был колесцовый замок, который Питер собирался разобрать дома. Также были куплены рапиры, сабли, шпаги, несколько щитов, запас пороха, образцы одежды и главное, несколько километров хлопковой ткани.
Ближе к вечеру, Питер наткнулся на заинтересовавшее его заведение.
- Это рынок рабов? – уточнил он у слуги.
- Он самый. – кивнул Хорхе. – Хотите прикупить себе кого-то на корабль?
- Хорхе, а здесь торгуют мастерами? – без особой надежды уточнил Питер.
- Хах, кто же продаст мастера? – рассмеялся тот. – Это в Старом свете их куры не клюют, а здесь они на вес золота! Здесь торгуют грубой рабочей силой, так-то.
- Заглянем, приценимся.
Питеру рабство претило. Совсем не в духе его воспитания, противоречит кое-каким его принципам, да и вообще, рабство – мертворожденный детеныш цивилизации.
Рынок был обширен, торговали много кем. Когда Питер вошел на территорию, мимо него как раз проводили колонну скованных цепями высоких африканцев. Судя по характерным лицам, украшениям и одежде, масаи. Питер часто смотрел выпуски Дискавери, где-то в девяностые, там был выпуск про масаев, их специфические костяные бусы, красные тоги и растянутые уши.
У Питера дух перехватило. Точно такие же одежды и украшения масаев, как в передаче, без особых изменений. Некоторые вещи не меняются веками.