Выбирайся отсюда, пока есть возможность, подумал он и направился к двери. Вдруг он услышал шаги. Тайрер метнулся назад к своей подушечке. Сёдзи рывком распахнулась. Райко втолкнули в комнату, и она упала на колени перед ним, в дверях угрожающе возвышался Хирага.
— О, прошу простить меня, Тайра-сама, — подобострастно затараторила Райко, спеша извиниться и униженно загладить свою грубость, — о, прошу прощения, я совершила ужасную ошибку…
Её слова изверглись на него, как фонтан воды. Тайрер понял немногое, хотя быстро ухватил суть.
— Довольно, — твердо сказал он. — Принесите контракт сейчас. Я подписываю.
Она достала свиток из рукава и смиренно протянула ему.
— Подожди, — приказал Хирага. — Дай его мне!
Она мгновенно подчинилась и снова уткнулась головой в пол. Он пробежал глазами короткий документ, фыркнул.
— Это как договариваться, Тайра-сама, вы подписывать потом, — сказал он по-английски. — Эта женщина… — он сердито ткнул пальцем в Райко, — говорит, она де'рать асыпка, говорит, Фудзико умо'ряет де'рать честь видеть васа сейчас, просит простить асыпка. Её асыпка. Бака! — рявкнул он на неё, добавив на японском: — Обращайтесь с этим господином как подобает или я уничтожу этот чайный дом! Позаботься, чтобы Фудзико была готова, очень готова. Немедленно.
— Хай, Хирага-сама! — Бормоча бесконечные извинения, она исчезла.
Оказавшись на безопасном расстоянии, она весело фыркнула, в восторге от своей актерской игры, замысла Хираги и заключенной сделки.
Тайрер, пребывая на седьмом небе, поблагодарил Хирагу, слишком счастливый в этот миг, чтобы тревожиться о том, как его явному другу удалось вызвать в Райко такую быструю перемену. Есть вещи, которые мы никогда не поймем в этих людях.
— Я подпишу контракт и принесу его завтра.
— Не торопитесь, пусть этот зенский собака будет здать. — Хирага улыбнулся и протянул ему свиток. — Теперь я отводить васа Фудзико. Икимасо.
— Домо аригато годзаймасита. — Тайрер поклонился, как японец поклонился бы человеку, которому обязан значительной услугой.
— Друг помогать друг, — просто ответил Хирага.
57
Позже тем же вечером Тайрер пробудился, полностью удовлетворенный. Отлично, подумал он. Рядом крепко спала Фудзико; футоны и пуховые покрывала были такими же чистыми и пахли так же сладко, как она, теплые и удобные — гораздо лучше его собственной кровати, соломенного матраца и тяжелых шерстяных одеял с их противным, прелым запахом. Её кожа в пламени свечей отливала золотом, крошечная комнатка была залита тем же золотым светом, такая уютная; ветер шуршал по крыше, тревожил сёдзи и пламя свечей.
Ещё немного посплю, подумал он, и пойду.
Не будь глупым. Тебе совершенно ни к чему возвращаться сегодня. Все бумаги к завтрашней встрече с Ёси готовы, копия договора на японском и английском лежит в портфеле Крошки Вилли, проверенная и перечитанная сегодня днём ещё раз. Согласованный план боевых действий против Сандзиро, даймё Сацумы, готов и ожидает в сейфе подписи его и Кеттерера. Я встану с рассветом, сверкающий и чистый, как только что отчеканенная золотая гинея, после шока с Хирагой и ещё большего шока с Райко я могу себя побаловать. Он улыбнулся, шока — как это похоже на японское со ка. Глубокий довольный вздох — добрый старый Накама, то есть Хирага. Он зевнул и закрыл глаза. И придвинулся теснее. Фудзико не проснулась, но раскрылась ему навстречу.
В другой части обширного сада Хинодэ нетерпеливо ждала Андре. Райко предупредила её, и теперь он должен был появиться с минуты на минуту; она чувствовала, что почти заболевает от радостного предвкушения.
Райко сидела нахохлившись в своих покоях и пила саке. Скоро она перейдет к бренди и забвению, напиток, как водоворот, унесет с собой все её дурные мысли: её страх и ненависть к Хираге и её надежды на него, ужас по поводу Мэйкин и благоговение перед её местью перемешивались одно с другим после каждой опорожненной чашечки.