Он подошел к дивану и сел на него, держась руками за голову.
– Дэн… – сказал с тихой интонацией Луис.
– Молчи, ничего не говори, – ответил он ему чуть ли не шёпотом.
Затем, встав с дивана, он направился на второй этаж в комнату Луиса. Он хотел пойти за ним, но побоялся его вида. Выглядел он как зомбированный: глаза его были остекленевшие, а кожа резко стала бледной.
– Видать, сильно расстроился. Он эту поездку ждал всё лето, и хотя, после последних событий, которые происходили летом, ему было не по себе. Его вера в поездку осенью в универ грела ему душу, а поезд, прибывал в город только один раз осенью, чтобы забрать студентов.
Аккуратно приоткрыв дверь своей комнаты, Луис заглянул туда. На его кровати лежал Дэн, уткнувшись лицом в подушку, вид, конечно, был у него убитый. Спустивший вниз, он присел за кухонный стол и стал размышлять о том, как помочь брату.
Часы пробили двенадцать. Дэн все ещё находился в комнате, в то время как младший брат сидел за кухонным столом. Напротив него стоял ноутбук две тысячи шестого года выпуска. Его все ещё продолжала мучить мысль о том, как помочь брату, как вывести его из депрессии и вдруг в гостиной зазвонил телефон. Соскочив со стула, Луис поднес трубку телефона к уху.
– Алло, Луис, это мама.
– Мама? – чуть не вскрикнул от радости Луис.
– Да, Луис, это мама.
– Мам, как твои дела? Как работа? Когда приедешь? – начал засыпать он её вопросами.
– Всё хорошо. Луис, вы, вместе с Дэном, едете в дом вашей покойной бабушки.
Услышав эту фразу, Луис почувствовал, как его сердце забилось сильнее и в одно мгновенье остановилось. Он потерял дар речи.
– Луис, ты слышишь меня? – поинтересовалась мама.
– Да, да я слышу тебя. Мама, я не хочу туда ехать, мне там не нравится.
– Луис, я понимаю, ваша бабушка была не самым хорошим человеком, и её отношение было к вам не идеальным, но пойми, пожалуйста, я не могу работать спокойно, пока вы сидите дома одни без денег, а запасы еды, в скором времени исчерпаются.
– Мам, пожалуйста, можно мы туда не поедем?
– Луис, хватит, тебе уже пятнадцать лет. Ты уже взрослый человек и должен всё понимать, – сказала мама, а её голос стал напряжённым и более грубым.
– Завтра вы сядете в автобус и отправитесь туда. С твоей учительницей я договорюсь.
– Хорошо, мам, – сказал Луис с грустью в голосе.
– Я люблю тебя, Луис.
– Я тоже люблю тебя, мама, возвращайся скорее.
– Постараюсь, – на этом слове телефонный разговор оборвался.
Спросите, почему Луис не хотел ехать в дом своей покойной бабушки? Ответ здесь простой: бабушка Луиса была дворянских кровей и жила в приличном особняке. Когда Луиса или Дэна туда привозили, она запирала их на втором этаже и говорила: «Сидите тихо как мыши и чтобы вы мне на глаза не попадались».
Второй этаж был не самым худшим местом в доме. Самый ужасным и мерзким являлся чердак дома, на котором раньше был кабинет покойного деда . Его годы жизни они не застали, так как он умер ещё до их рождения. На чердаке лежал всякий хлам: коробки, старые ковры, фарфоровые статуэтки, покрывшиеся слоём пыли, но самым мерзким и отвратительным были свисающие с потолка пауки и ползающие по углам облезшие крысы.
Их бабушка скончалась три года назад, оставив всё своё состояние двоюродной сестре в Северной Америки, а дом, который за три года сильно изменился, она завещала матери Луиса, так как та в последние дни жизни бабушки хорошо ухаживала за ней.
В голове Луиса вертелись разные мысли: о доме, в котором они сидели на втором этаже и ждали того дня, пока их заберут обратно домой; о покойной бабушки, которая их недолюбливала; она считала что её сын, то есть отец Луиса, мог найти себе девушку из порядочной и богатой семьи, а не из семьи обычного продавца.
Предстоял тяжелый день, Луис улегся на диване и, закутавшись в плед, засопел.
Лучи солнца пронзали его глаза. Поднявшись, он взглянул на часы. Время было двенадцать часов тридцать девять минут. На кухне сидел Дэн с чашкой горячего кофе и пристально читал свежий выпуск газеты.