Внезапно Эрт поменял цвет с красного на более радостную, окраску яркого желтого гелия:
― А может и не нужно пробовать позже.
Ну-ка, гляньте все сюда!
Команда подбежала к лобовому экрану. Отчаяние на лицах всех и, в частности, Умзара, сменилось восторгом и конструкторскими идеями. За подогретой атмосферой планеты-станции светилось облако метеоритов, а в центре облака, горячая и оживляющая тьму звезда. Команда не смогла сразу поверить в то, что они все же переместились в рукав Млечного Пути, миновав два миллиарда световых лет пространства-времени. Рассредоточься Умзар чуточку раньше и «Арей» не успел бы «вынырнуть» из аксионной среды в нужной точке Вселенной. Но землянин, руководимый шестым чувством, хоть и в обход сознания, сумел-таки дотянуть планету-корабль до цели.
― Септилион и четыреста тысяч чертей! Он это сделал! ― не мог сдержать эмоций капитан «Арея» и потому переводил все в ругань, изменяя интонацию так чтобы похвалить землянина. Тот смеялся.
― Джетри! Крио!
― Да, Скай, ― прозвучал голос кого-то из парней.
― Теперь ваш ход. Сможете протащить нас через метеоритное облако?
― Для этого нужно выбраться на поверхность. Я не смогу из центра «Арея» заставить расступиться облако космических скал, как Моисей море, ― неуверенно ответил Тазаут.
― Какой Моисей?
― Это из истории Земли... ― вмешался Хроно. ― Крио сможет!
Но вот, что мне-то делать?
― На это может уйти немало времени – как раз ты и сможешь его в какой-то мере компенсировать.
У нас и так много сил ушло на выход из джета.
― Думаешь, такая игра стоит свеч?
― Угу. Главное, что скучно не будет! ― и Нумра засмеялся своим демоническим смехом, да так, что, как показалось землянину, на приборах давления в модуле треснули стекла.
Команда, за исключением Эрт-Ми-Стара и Залтево отправилась на поверхность своего суперкорабля. Они разместились в транспортере для перевозок с субсветовой скоростью и рванули на поверхность. Тоннель был плохо освещен, зато ближе к поверхности нужда в освещении совсем пропала. Транспортер замедлил свою езду. Им открылась потрясающая панорама подземных пещер, вырытых природой не за одну тысячу лет. Их замедливший движение транспорт огибал сталактиты, пролетая вблизи них так что их можно было коснуться вытянутой рукой. Стены этой пещеры обладали свойствами природного фосфоресцентного камня. Посмотревший вниз, вернее назад, Хроно оцепенел. Он узрел под ними тьму подземной бездны, какие не видел ни один спелеолог Земли, а ему повезло. От края до края пролегало расстояние приблизительно в один кабельтов, как подумал Хроно, и граничащее с прекрасным и жутким завораживающее зрелище.
Они вылетели. Поверхность была погружена во тьму, но, что не естественно для планеты без материнской звезды, до удивления теплая. Лишь за разогретой до ста градусов – по земному Цельсию – атмосферой вдалеке блестела звезда, если верить словам Эрт-Ми-Стара, подходящая, чтобы стать приемной матерью для давно осиротевшего «Арея».
― Никто ведь не будет против?
― Ты о чем?
― Припаркуем планету-корабль на соседней орбите, рядом с Вилой.
― Может, сперва придумаем как оттащить и ее и звезду от коллапсара?
― Ну, мы здесь за этим.
Как ты собираешься это делать?
― Пока не знаю. Мы решим.
У нас ведь в запасе...
― Год! Может полтора, ― ответил Акоджи. ― Вилаяне уже могут видеть в телескопы, если они у них есть, в звездном небе точку, которая приближается со скоростью четыреста километров в секунду – черную дыру!
― Тогда мы немедленно должны туда попасть, ― Крио последним проверил свой скафандр и разгерметизировал транспорт.
На планете была сущая темень, наводящая ужас на недавно вышедших из-под земли астронавтов с разных галактик. Неуязвимому Скайхидо скафандр был ни к чему, но для эстетики, чтобы не особо выделяться из группы космонавтов и не потеряться в темноте, он все же был в нем, хоть и без шлема. Путь освещали прожекторами. Стояла задача сесть на старый брошенный челнок, на котором можно долететь до нижних слоев атмосферы «Арея», откуда Тазаут сможет вмешаться в жизнь беспечно парящих в темной пустоши астероидов. В детстве Крио не очень любил свою способность управлять гравитацией. Он даже не хотел развивать у себя этот навык, который все же преследовал его по жизни. Но со временем он понял, что этот талант ему по характеру и возлюбил маневры над гравитацией, что вселяло в него больше веры в свои силы, а в его неприятелей ужас. Когда же ему выпала честь спасти Вилу от гибели, он согласился взять на себя ответственность за гравитационные сдвиги, которые он, хоть и под командованием Скайхидо, все же делал самостоятельно. А ведь ему в раннем детстве хотелось совсем другого...