Гуляя по парку, они вышли на аллею, где обыкновенно никого не было. За исключением птиц, не было слышно ни одного звука, который бы говорил о присутствии здесь кого-то постороннего. И в это мгновение, которое, казалось, никак не прервет звучания голоса Тризы, парень все же услыхал шаги где-то неподалеку. Из-за плотных высоких кустов, растущих в парке, не было видно того, кому принадлежит этот широкий шаг, но землянин понял, что шагающий был явно выше ростом, чем он сам. На громкие шаги Крио это не похоже, да и где бы он их сыскал сейчас, ведь они с Нермом не осведомлены, куда пойдет гулять зачарованный вилаянкой землянин. Шаги стали громче. Он понял, что они принадлежат не одному, а целой ватаге неизвестных, почему-то идущих в ногу. Может, чтобы сбить с толку... Эти шаги давно расслышала и девушка. Когда они стали ближе, Триза предложила пойти обратно. Землянин, не конфликтный сам по себе, послушал ее, хоть и не боялся внезапной стычки с неизвестными. Пусть это будет хоть трехметровый вооруженный бандит, завсегдатай подраться с кем-нибудь, хоть трое таких. Джетри рос в тяжелых для выживания условиях, а потому обрел нужный характер. И хоть по его внешнему не очень уж внушительному виду о нем нельзя было сказать, что он сильный боец, но Хроно мог постоять как за себя, так и за ближнего, а не только отмотать время во избежание конфликта. Когда они пошли в другую сторону, из-за густых зарослей этого зеленого лабиринта, всюду наполненного пением птиц, за ними послышался довольно низкий и грубый голос. Джетри обернулся, прикрывая собой девушку, как поступил бы в такой ситуации с любым, кто ему не безразличен.
Перед ними, футах в тридцати, стояли пятеро местных вышибал. По ним землянин и определил, чего им нужно, когда у одного из них увидел нож. Видимо, у них это нападение далеко не первое в этом месте, раз они даже научились ходить шаг в шаг, чтобы привлекать меньше внимания.
― Ты! ― позвал землянина стоящий в центре. ― Снимай все драгоценности, живо.
Я обыщу, а если найду что-то еще, то раздавлю тебя, как грязь.
Он был таким толстым, что стоявшие по бокам его четверо подельников выглядели беспомощно и чахло рядом с ним, хоть все были на голову выше него. Джетри хотелось и смеяться и сочувствовать бедолаге, но в то же время и утереть хулигану нос. Он, совершенно не разбираясь между этими чувствами, выбрал третье.
― Тогда тебе даже смысла нет пытаться влезть в мою золотую цепочку, ― весело ответил Хроно. ― Сперва сбрось хоть полцентнера, а то ты себя попросту задушишь.
У Джетри не было никакой золотой цепочки, но он хотел спровоцировать толстяка на гнев, а потом превратить его в беспомощную рухлядь, просто исказив для него время – так для грубияна секунды будут течь со скоростью минут. Еще он мог отправить хоть всех пятерых сразу во времени, лет так на пятьдесят вперед, сделав их глубокими стариками. Для этого он был готов поймать их в t-кольцо и раскрутить метаболизм каждого до их естественного обветшалого периода, когда у живого существа настает период выпадения волос и зубов. Это может привести ко второму детству, когда зубы вдруг начинают лезть вновь.
― Убью! ― закричал толстяк и рванул вперед на землянина.
А бока и живот огромного размера вовсе не мешали ему быстро бегать, что изумило Джетри. Едва землянин отпустил руку Тризы и уловил взглядом свои часы, темпоральная шкала для толстого хулигана ужасно согнулась. Но следом за ним бросились и все четверо его спутников. И хоть главный уже превратился в согбенную, почти полностью неподвижную развалину, остальные четверо, опасаясь еще одного фокуса, обнажили орудия пристрастия: три дубины и какую-то жердь. Снова землянин поднял руку для хронометрической атаки, но четыре мишени бросились врассыпную, забежав к Джетри со спины. Он понимал, что не может дать им напасть на него сзади, ведь он прикрывал девушку, ради которой был готов на все. Времени на идеи у него не было. Перемотать время обратно – это был единственный вариант. Иначе в ту же самую секунду он мог получить по голове дубиной, что погубило бы и его и Тризу. Стремясь спасти девушку любой ценой, он изо всех сил напряг левое предплечье с часами, крепко обняв правой рукой свою перепуганную спутницу. Та зажмурила глаза, уже решив, что они обречены, но за этими ожиданиями ничего не последовало.