За столом присутствовало около шестидесяти человек. Больше половины из них - воины, давшие присягу своему сюзерену – арису Вистану, постоянно жившие в Рок Биндвид. Все они были из знатных, но обнищавших родов, зарабатывая себе службой на безбедную старость. Остальные, по словам Ларума, прибывшие накануне приглашенные гости, в том числе и тон Эрм. Маг намекнул, что многие здесь из-за любопытства, но, не уточнив, из-за какого.
Кроме мужчин за столом присутствовали женщины. Одна из них сидела напротив Ларума и постоянно кидала заинтересованный взгляд на ариса Вистана.
- Ифе, ариса Дома Айна. Первая красавица королевства и бывшая невеста вашего батюшки.
- Интересная новость, - украдкой, из-под ресниц, она разглядывала Ифе, которая в данный момент, тихо беседовала со старым магом.
- Дело в том, - пояснил Ларум, - что ваш отец дал обет не жениться, пока вы не поправитесь. С Ифе они обручились за пару месяцев до трагедии, произошедшей с вами. Только невеста не захотела так долго ждать. Поговаривают, что здесь замешан ее родной брат, надавивший на нее. Ифе расторгла помолвку и вышла за ариса Дилиса из Дома Лезеди. Но счастье новобрачных длилось недолго. Дилис погиб при странных обстоятельствах и ариса стала вдовой.
- Почему она здесь? – неожиданно в ней проснулся укол ревности. Бывшая невеста ариса Вистана была хороша. Да что там хороша! Она была красавицей. Чистую, без единого изъяна, чуть загорелую кожу оттеняло белоснежное платье. Открытые плечи обнажали лебединую шею, на которой всеми цветами радуги переливалось алмазное колье. Темные, почти черные глаза, брови вразлет, алые, словно созданные для поцелуев губы, все было совершенным и идеальным.
- Арис пригласил ее лично, - прозвучал короткий ответ. Похоже, Ларум или больше ничего не знал, или не хотел акцентировать внимание на красавице Ифе и перевел разговор на следующего гостя.
- Тон Тириль, - показал он на чуть полноватого, одетого в черный балахон и смешной чепец, человека. – Маг тверди и личный друг Вистана. Один из сильнейших магов Кэллорума. Дальше, арис Кольдер из Дома Берит с супругой Солвейг и старшим сыном. Ваши земли граничат.
Уже вечером, перед сном, Ларум пришел пожелать арисе спокойной ночи.
- Вы обещали рассказать об этом подарке, - напомнила она ему недавний разговор.
Маг, держа за цепочку, аккуратно принял драгоценность, поднял повыше, будто рассматривая что-то внутри.
- Его называют королевским, - пояснил мужчина, любуясь в свете огня свечей переливами граней. – Или эльфийским камнем, - добавил он, возвращая подарок тона Эрма.
- Почему эльфийским?
- Когда-то, между гномами и эльфами из-за этих камней разразилась война, - взгляд мага прочертил потолок комнаты. – В той войне не победил никто. Люди вмешались, навеки отделив земли гномов от моря. Замок Биндвид стоит почти на самой границе этих земель.
- А где живут эльфы? – она опять залюбовалась великолепным подарком.
- Сейчас их королевство за Западным морем, и к берегам Кэллорума они могут добраться лишь на кораблях. Эльфы давно потеряли былое могущество. Их осталось очень мало, в отличие от людей.
- Что такого в этих кристаллах?
Камень мягко светился, занимая почти всю ладошку. Она подняла драгоценность повыше и вгляделась в нее, как минуту назад делал Ларум. Внутри кристалла плясали сполохи света.
- Позволите? – маг вновь протянул руку и взял камень. – Смотрите, - он зажал подарок тона Эрма в ладонях, и так подержал какое-то время. – Оп, ля! – на раскрытой руке лежал желтый корунд.
- Как это?! Опять ваша магия?
- Нет, ариса. Это магия самого камня. В руках у всех волшебников-целителей, он становится желтым, - Ларум отдал драгоценность назад и камень тот час вернул свой первоначальный цвет
- Можно мне попробовать?
- Почему же нет, – мужчина улыбнулся.
- Да…, но…. Разве вы не колдовали, когда держали его вот так, - она накрыла кристалл ладонью и вопросительно взглянула на мага. Но тот, вместо ответа, отрицательно покачал головой.
- Ну, тогда…. Хочу, чтобы камень стал… красным!
Шутка была принята, и они рассмеялись. Подражая манере Ларума, она произнесла «оп-ля», раскрыла ладонь и… остолбенела. Кристалл, в руке, горел рубиновым цветом.