- Что скажут драконы Эллазия? – рыжеволосый растерян. – Твой приговор слишком суров. И слишком поспешен!
- Я сам отвечу перед синедрионом, ведь право родства дает мне вершить этот суд, - обрекший душу своей супруги на вечные скитания межзвездном пространстве не сожалеет.
- Встань! – взывает он, к поверженной в схватке воительнице. - Пора возвращаться к Истоку!
И о чудо! Пронзенное острым клинком тело дернулось, будто еще живое, и отторгло душу. Но душа не взмыла в небесные дали, а нашла пристанище в камне, венчающем вершину Инсигния.
- Илес Триэль, есть ли что сказать тебе, против нашего приговора?
- Это твой выбор, Высокий, - не поднимая взгляда, ответил тот, что так и остался стоять на коленях перед двумя лежащими на лиловом песке телами.
- Да, будет так!
Глава 1
В окне уже забрезжил рассвет. Тон[1] Ларум оторвал взгляд от страницы и отодвинул книгу. «Опять ничего, - с раздражением подумал он. – А времени почти не осталось! Арис[2] Вистан возвращается завтра. Что он ответит ему? Как посмотрит в глаза?».
Мужчина тяжело вздохнул. Разве мог он думать, что замок Рок Биндвид станет ему родным настолько, что сердце сжималось от мысли покинуть эти крепкие стены, и светлую башню с камином, у которого так приятно вытянуть вечером ноги, наслаждаясь, после сытного ужина, легким игристым вином, из щедрых хозяйских запасов. Он уже и не знал, жалеть ли ему о том дне, когда встретил Вистана, и пообещал арису совершить невозможное. А ведь в тот миг Ларум не сомневался, что действительно сможет. Разве не он считался одним из лучших в Тон`ат, кто овладел наукой целительства?
- Да, дрянной маг из меня вышел, - Ларум скривил губы, а память-злодейка тут же услужливо подбросила воспоминания: - «Пятнадцать лет псу под хвост!» – прогремели в его голове, возвращая в далекое прошлое, слова тона Эрма.
Сейчас те давние события вспоминались уже не так болезненно. Он стал мудрее, научился контролировать себя и давно не тот честолюбивый юнец, которым, в порыве эмоций, покидал Тон`ат Альпин[3].
- Надо признаться, что ты потерпел фиаско, - пробурчал маг себе под нос. – Все рецепты испробованы, девочку не вернуть. И никакая целительная магия здесь уже не поможет.
Ларум походил по комнате, прибрался на рабочем столе, разложил книги и свитки по полкам, потом оглядел свое жилище, удовлетворенно кивнул головой и вышел, плотно прикрыв за собой массивную, дубовую дверь.
Каменные ступени спиралью вились вокруг высокой северной башни. Узкие щели в стене, которые при надобности становились бойницами, давали уже достаточно света, чтобы не зажигать свечу. Лестница вывела его во внутренний дворик, вымощенный идеально подогнанным камнем, покрытым, в этот ранний час, тонким слоем искрящегося под утренними лучами солнца, выпавшего ночью снега. Ларум уже было шагнул на гладкие плиты, чтобы направиться в сторону широкой арки, ведущей в центральную часть замка, как его отвлек звук открывшейся в стене двери. Воздух колыхнулся. В проеме показалась накрытая поварским колпаком голова, и на Ларума обрушился аппетитный запах свежевыпеченной сдобы.
- Тон Ларум! – повар выплыл из-за двери, и вежливо поклонился. В руках он держал плетеную из лозы корзинку, накрытую белоснежной салфеткой.
- О! Рапио, - маг склонил голову в ответном жесте.
- Я увидел свет в башне и понял, что вам не помешает вот это, - с этими словами он протянул корзинку, и она перекочевала в руки Ларума.
Мужчина приподнял салфетку. На дне лежали две усыпанные сахарной пудрой и розовым марципаном булки. Рядом аккуратно примостилась глиняная бутыль.
- Молоко парное, - добавил повар.
- Спасибо, Рапио. Очень заботливо с твоей стороны.
- Ах, тон Ларум, - повар всплеснул руками. - Что моя забота, по сравнению с вашими заслугами. Если бы не вы, мой Рани так и остался бы калекой!
- Ну, полноте, Рапио. Любой целитель мог справиться с этой хворью, - улыбнулся маг. Но повар, не слушая больше никаких возражений, лишь махнул рукой, и скрылся за дверью замковой кухни.