[1] Договор между людьми и эльфами гласит, что Высокие Дома Кэллорума могут отдавать своих дочерей в обучение магическому искусству в земли Хэри Эльа, что поднимало статус Дома и приближало его к Королевскому, где предпочитали именно таких невест. Но этому договору противоречит древний закон, запрещающий эльфам «открывать суть вещей другим народам», в том числе людям. Заключая с эльфом фиктивный брак, человеческая девушка становилась частью эльфийского народа и закон не нарушался. Такой брак мог перерасти в настоящий. Кроме того, часто, девушки оказывались случайными «жертвами» эльфийских чар. Первые волшебники среди людей – это полукровки рожденные в таких браках и от подобных связей. Например, упомянутый в книге Скаттербран, был сыном королевы Кэллорума Солеи и альта Илес - владыки эльфов. Именно таким образом, люди и получили свой магический Дар.
Глава 9
Высокие гости покинули замок на рассвете третьего дня. С собой они увозили несколько сундуков, из тех, что хранились в кабинете ариса, забитых под завязку драгоценными камнями, золотыми и серебряными слитками.
Эльфы получили свою долю сокровищ Мшистых гор и больше здесь их ничего не держало. По крайней мере, на ближайшие двадцать лет.
Эти дни Тарья осторожничала и не совала носа в потайной ход, боясь наткнуться там на отца, или на Иефира, подозревая, что этот эльф знает все закоулки замка не хуже, чем многие старожилы Рок Биндвид. А может и лучше.
Еще, по ночам, ее беспокоили странные сновидения, после которых она просыпалась сама не своя, и какое-то время не могла отличить сон и явь. Так что скорый отъезд Высоких гостей вызвал скорее облегчение. Но лишь до тех пор, пока не стало известно, что арис, с небольшим отрядом рыцарей едет сопровождать обоз эльфов в Песчаную Гавань, и Тарья, по настоятельному желанию последних, отправляется с ним.
Дорога отлогим серпантином спускалась в Долину, и вела прямо к небольшому селению, видневшемуся отсюда, сверху, как на ладони. Справа поднимались скалы, слева, разверзлось ущелье, по дну которого журчал речной поток. Словно обнявшись с безымянным потоком, вырывающимся из пропасти, сверкая, как змея чешуей, по Долине тянулась серебряною нитью река. Непреступные хребты, чьи склоны, покрытые луговым разнотравьем, а вершины затерялись в густо поросших лесах, придавали этому месту особую живописность. На пути время от времени встречались поросшие мхом валуны. Некоторые были с человеческий рост и напоминали о когда-то случавшихся здесь сильных обвалах.
Конный отряд, состоящий из шести человек и семи эльфов, не спеша обогнул очередной камень, лежащий почти у самого края пропасти и сужавший дорогу так, что телеги, груженные сундуками и походными вещами, еле протиснулись в этот узкий проем, служивший своеобразной линией обороны, в давней войне. На валуне еще сохранились вмонтированные уступы, позволяющие забраться на плоский, искусственно стесанный верх, чтобы разить оттуда врага. Впереди им встретились еще два или три подобных явления, созданных человеческими или же иных существ руками.
Дорога снова расширилась, позволяя не растягивать обоз, который возглавлял Вистан. За ним, парами, держались шестеро всадников-эльфов. Дальше, запряженные мулами, двигались две телеги управляемые возницами – людьми Вистана. После них еще пара вассалов ариса. Альта Иефир и Тарья замыкали отряд.
Бессонная ночь, проведенная накануне, давала о себе знать. Впечатления от окружающих красот быстро утомили: ее то и дело клонило в сон, а жара, монотонное покачивание в седле и молчание эльфа лишь усиливали желание закрыть глаза.
- Странно, что арис посадил свою дочь на лошадь….
Впервые за все время поездки Иефир что-то сказал. Теперь голос его казался приятным: мягким, бархатным, без той завораживающей, обволакивающе-чарующей нотки, заставляющей подчиниться.
- Предлагаете пересесть в телегу? – она потрепала чалую по холке. Макин и отец настояли именно на этой кобыле, смирной и послушной, обосновав это тем, что ее Хэхэй еще слишком молодой и своенравный жеребец.
- В этом нет ничего зазорного, - эльф улыбнулся, неожиданно обнаружив на щеках милые ямочки. – Зато можно выспаться.
- Ну, уж нет, увольте, - Тарья скорчила мину. – Я вам не какая-нибудь крестьянка!
Солнце находилось в зените. Разогретый воздух дрожал, создавая на пути миражи в виде льющихся с неба сверкающих водопадов или мерцающей глади воды. Ее спутник тоже напоминал фантом и казался странным, даже для эльфов. В его движениях, редких, скупых, чувствовалась неуловимая текучесть, будто он находится одновременно в двух пространствах, этом, и каком-то еще.