Глава 3
Прошло два месяца. За это время нас под разными предлогами пытались посетить институтские донжуаны, но мои гении зорко стояли на страже и не пускали никого дальше коридора. Они оправдывали «жмотство» требованиями особой чистоты до тех пор, пока не заглянул сын директора НИИ. Этого послать было чревато, поэтому они следовали за ним по пятам, нервируя и злобно посматривая вслед. Не выделяя никого, Галатея создала в лаборатории такую атмосферу, что все считали ее младшей сестрой, оберегая и не позволяя друг другу переступить этот порог.
За эти два месяца она заключила десяток договоров, и в ее премиальном фонде накопилось полтора лимона. Эта сумма примерно соответствовала моим расходам на нее, и я мог бы забрать их, но не хочу этого делать, сам не знаю, почему.
Сидя за соседним столом, посматриваю на нее – до чего же она красива. Неужели, это чудо создал я?
— Где здесь крупный нос? — спрашиваю себя, вспомнив свое первое впечатление. Отличный у нее нос. Может, из-за горбинки показалось тогда? Но нет, она не портит его нисколько.
Ее имя часто путают, называя Галей. Действительно, странное имя выбрали родители, кажется, что-то из мифологии. Заглянув в интернет, вспомнил, что согласно мифу, скульптор Пигмалион создал прекрасную статую женщины, Галатею, и влюбился в нее. Узнав об этом, Афродита ее оживила. Красивая история.
Родственники Галатеи со стороны матери живут в Италии, и родители поддерживают с ними связь. Ее мать говорит на итальянском и с детства учит языку дочь. На прошлой неделе Гала, позвонив по моему наущению родственникам, напомнила о себе. Оказалось, что муж тетки работает на Rai 2 редактором развлекательных программ, что стало для нас приятной неожиданностью.
В школе у Галы было пять по английскому, и теперь, чтобы закрепить его, я разговариваю с ней на нем хотя бы по часу в день. Все хорошо, вот только она никуда не выходит: целыми днями сидит дома или в лаборатории. Может, попросить ребят по очереди гулять с ней после работы, если сама никого не выбрала?
— Гала, тебе совсем никто не нравится из наших ребят?
— Наоборот, они все очень хорошие.
— Я не об этом. Ты все время проводишь в лаборатории или дома. Тебе надо отдыхать, развлекаться. Давай я выделю деньги в культурный фонд, и парни по очереди будут водить тебя в театр, в клубы, на концерты или куда сама захочешь. Не нравятся наши – выбери из институтских.
— Тебе надоело видеть меня перед собой?
— Глупышка, я любуюсь тобой.
— Тогда забей. Меня все устраивает. А если хочешь обрадовать, сам своди куда-нибудь.
Влюбилась, что ли? – испугался я, но тут же отругал себя: дурак ты, Пигмалион хренов. Она, ведь, круглыми сутками видит лишь тебя. Вот и получил проблему на свою голову. Срочно снимай блокаду и пускай всех в лабораторию, может, понравится кто.
— Хорошо, — сказал я, открывая рекламу, — здесь пишут, в воскресенье на Ходынке сборный концерт женского панк рока. Ты любишь панк рок?
— Я без ума от КиШ, но ни разу не слышала хороший женский панк. Давай, сходим, прошу тебя.
— Ладно, я беру билеты.
— Йесс! — крикнула Гала и, вскочив, закружилась по комнате.
«Совсем ребенок», подумал я, улыбнувшись, и стал набирать номер Мегаспорта. Оказалось, в программе выступлений Гречка, Френдзона и Кис-кис. Я впервые слышал эти имена, но решил рискнуть, и купил два билета.
За прошедшие два месяца несколько раз видел сны с Галатеей. В одном из них она пела тот же клип, только на итальянском языке, в трех других записывала партитуры и текст новых итальянских песен. Я уже разобрался с нотным редактором, и, просыпаясь, каждый раз записывал все, что увидел. Таким образом, у нас накопилось шесть песен, как раз на компакт диск EP (Extended Play).
Месяц назад, провожая Галу, я передал педагогу Зое Васильевне все партитуры и тексты песен. Просмотрев их, она вскинула взгляд:
— Что это?
— Эти песни сочинили мы с Галатеей.
— Вы? Сочинили эти песни? — изумилась она. — Вы знаете итальянский?
— Гала знает, ее родственники живут в Италии.
— Вы хоть понимаете, что вы сочинили? Это же готовые хиты! Я надеюсь, вы зарегистрировали их? Если нет, немедленно регистрируйте. Здесь за углом приемная нотариуса.
— Спасибо, я уже сделал это. Прошу вас, разучите их с Галой.
— С удовольствием, — ответила она, улыбаясь.
Весь месяц я сгорал от нетерпения, но не просил ее петь, боясь своим дилетантскими советами все испортить. Вчера я заметил, что она целый день мурлычет себе под нос какой-то мотив, а вечером отобрала у меня компьютер и что-то записала нотным редактором. Неужели, песню сочинила, с надеждой подумал я, но спрашивать ничего не стал, боясь спугнуть удачу.